Книга Мой муж, мой враг, страница 62 – Марина Серова

Ника попросила остановить у местного супермаркета и вышла из машины. Я последовала за ней. Зойка осталась с Арменом. Мне вообще стало казаться плохой затеей брать ее с собой. Нужно было оставить ее на даче у Петровича вместе с Лизой и детьми. Больше бы пользы было. Все равно она здесь никогда не была. Пользы от нее ноль.

Огромная лужа располагалась прямо у самого входа в магазин. Ника попыталась ее обойти, но промахнулась и наступила своими новенькими замшевыми ботинками прямо в самую жижу. Чертыхнувшись, Ника все же смогла обойти это препятствие.

Посмотрев на полупустые полки местной забегаловки, Ника покидала в корзину все, что там было. Сладкое и фрукты, чай, кофе, продукты питания.

Наконец показались стены ее бывшего дома. Сердце тяжело сжалось. Окно на третьем этаже было пластиковым. Ника вспомнила, как раньше, когда они с Денисом там жили, щели были в палец толщиной. Ветры не давали спокойно уснуть. Холод был ужасным, приходилось Артемку накрывать всем теплым в доме. Хотелось бы хоть одним глазком посмотреть, что стало теперь с квартирой, но это было невозможно.

Ника поднялась на нужный этаж и позвонила в дверь. Никто не отвечал. С тоской посмотрела на соседнюю дверь, когда-то это была их с Денисом квартира.

Неожиданно дверь, которая так манила женщину, тихо приоткрылась.

— Кого тебе, дочка? – вопросительно произнес пожилой голос.

— А где соседи ваши, не знаете? – поинтересовалась я.

Бабушка жестом пригласила в квартиру. Мы согласились. Ника вошла в коридор квартиры и словно перестала дышать. В воспоминания врезался запах вонючих стен и унес ее в далекое прошлое.

Женщина огляделась. В углу, где раньше стояла кроватка сына, было большое пианино, комната чисто убрана, и даже какой-то уют в ней появился.

Бабуля пропала на кухне, было слышно, как она гремит посудой. Наконец на огромном подносе она вынесла три фарфоровые чашки и огромный пирог. Запахло вкусно и по-домашнему. Ника выложила содержимое пакета на стол. Бабушка причмокнула, увидев столько продуктов, и с интересом уставилась на нас.

— Вы зачем к ним пришли? Нет их в живых уже, а дети-сироты в детских домах. Андрей хороший мужик был, в полиции служил, а Валька совсем спивалась, он ее часто в клинику возил, кодироваться. Дети брошенные и грязные ходили.

— Вы ничего не путаете, Валюша всегда была такой чистоплотной, просто идеальная мама и хозяйка, как такое могло произойти?

— Не знаю, как раньше у них было, говорю как есть! Сама видела, нацепит свою мини-юбку и в кабак! Измучился он совсем, и работа, и дети, и истеричка эта, все на нем, бедный парень, а ведь хороший какой, работящий был, как жалко его! Ее совсем не жалко, – запричитала бабулька.

Ника оборвала ее на полуслове, и, попрощавшись, мы быстро спустились вниз. Делать нам больше здесь было нечего. Голова готова была взорваться от полученной информации и накативших воспоминаний. Всю дорогу домой Ника молчала.

Было решено Зойку отправить с Арменом. А мы с Никой еще на несколько дней решили остаться в Белокаменке. Нужно было узнать, где дети. Ника не могла поверить в то, что рассказала бабка про Валю.

Вечером Ника отзвонилась Зойке. Они благополучно добрались до дачи Петровича. Там была полная идиллия. Артемка сидел на диване и играл в какую-то игру, рядом с ним ползала довольная и сытая Ксюша. Маринка рисовала, а Лиза, как обычно, колдовала на кухне.