Книга Мой муж, мой враг, страница 42 – Марина Серова

Лиза смотрела на меня с восторгом и благодарностью. А потом был звонок Петровичу. Девчонкам о черной коробке я пока не говорила. Стало совершенно очевидным, что наружка больше не спасает дом от опасности.

После разговора с ним я перезвонила тетушке Миле. Нужно было удостовериться, что с ней все в порядке. Необходимо делать скидку на почтенный возраст и опасную работу ее племянницы. Спокойный родной голос на другой линии дал возможность мне успокоиться и привести мысли в порядок. Под сладкое щебетание своей тетушки я обрела ясность мыслей.

Коробка с чудовищной находкой так и осталась в саду, где лежала. Петрович приказал ничего не трогать, и правильно – вдруг следы какие удастся найти? Он был уже по пути к нам.

Я поежилась. Перед глазами стояла голова Петра Крайнова. Глаза навыкате, изо рта кровавая пена.

Интересно, что в этот момент движет людьми, когда они совершают такие отвратительные вещи? Кого они представляют, о чем думают? Очевидно одно: этот человек – убийца, от которого можно ждать все что угодно. Причем очень хитрый и умный противник. Свои действия он продумывает на несколько шагов вперед. Обвести вокруг пальца опытных оперативников – это еще умудриться нужно.

А может, он сам оперативник? Или военный?! Тайна, покрытая мраком.

Итак, что мы имеем на данный момент? Вероятно, за Петей кто-то присматривал из людей Валери. Могли, кстати, видеть и захват Федора, вот и насторожились. А парнишку решили использовать в качестве средства устрашения.

Как все провернули? Если его «вели», ничего сильно сложного не было. Допустим, общался парень в магазине с этим самым Валери или своими подельниками. Да нет, тут скорее босс – вряд ли кто еще мог дать команду убить его. Вышел через черный ход, там его поймали, грохнули – каким образом, узнаю, как получу данные экспертизы. И то неточно – все-таки вряд ли ему голову живому отрезали, а тела у нас в наличии пока нет.

Убили, голову отрезали, упаковали и подбросили. Так! А у меня камеры есть, между прочим.

Спустившись в сад, я заменила развешенные там камеры на новые и ушла к себе в комнату. Пока загружался компьютер, увидела, как полицейские уводят мужа Лизы, и на душе стало спокойно.

Одним мерзавцем меньше в этом бесчеловечном мире.

После чего приступила к просмотру видео с камер и присвистнула. Ага, все просто. Пьяный мужичок, муж Лизаветы, коробочку протащил и в кусты сунул.

Метнувшись следом за полицейскими, я успела их догнать.

— Ребят, дайте задам пару вопросов этому… – попросила я, с неудовольствием разглядывая пьяную рожу. Задала, конечно – только нового ничего не узнала. Мужик какой-то подошел, предложил заработать штуку – подложить подарочек во двор Ники. Ну, тот не дурак, согласился, коробочку взял и сунул под какой-то куст, когда за женой явился.

Что за мужик – неизвестно. Был во всем темном, в бейсболке, натянутой чуть ли не до носа. Голос приглушенный, обыкновенный. Ноль!

Ни с чем я вернулась в дом. Все сидели на кухне. Зойка уплетала за обе щеки Лизин борщ.

Пожаловал Петрович. Он сидел во главе стола. Усы были в сметане от утренних сырников. Рядом с ним ворковала Ника.

Однозначно, у этих голубков что-то получится. Я переводила заинтересованный взгляд с Ники на Петровича. Между ними что-то происходило. Они смотрели друг на друга, будто тысячу лет не виделись.