Книга Одна из нас лишняя, страница 60 – Марина Серова

— Надеюсь, ты не собираешься улететь от меня? — поинтересовался Родион, когда я выбралась из машины.

— Жди, Родион, я скоро.

Стеклянные двери вокзала автоматически раздвинулись передо мной, приглашая внутрь.

Я метнулась в кассовый зал, служивший одновременно залом ожидания. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что среди немногочисленных пассажиров человека, которого я искала, не было.

Я кинулась на второй этаж. Круглый зал, антресолью выходящий в холл аэровокзала, был почти пуст. Снова спустившись вниз, я направилась в вокзальный ресторан. Кроме двух мирно обедающих парочек, в большом прохладном зале никого не было. До начала регистрации билетов на нужный мне рейс оставалось около получаса. Время еще есть.

Я выбежала на улицу со стороны аэродрома.

Около дюжины пассажиров ожидали объявления о начале регистрации на деревянных лавочках, покрытых темным лаком. Где же она может быть? Черт! Как же я не догадалась сразу! Камеры хранения. Я рванула назад к лестнице, ведущей на цокольный этаж. Навстречу мне поднималась тучная матрона в ситцевом платье. Тяжело дыша и отдуваясь, она катила огромную зеленую сумку на колесиках.

Я вихрем пронеслась мимо нее и оказалась в зале, отделанном мрамором светло-кофейных тонов. В нем рядами стояли стеллажи с ячейками камер. Начав осмотр с правого края, я двинулась в глубь зала, заглядывая в каждый отсек.

Я едва не столкнулась с высоким русоволосым мужчиной, неожиданно появившимся из предпоследнего отсека.

— Извините, — улыбнулся он, встретившись со мной взглядом.

— Ничего.

Заглянув в последний отсек, я увидела знакомый стройный силуэт. Мой взгляд скользнул от платинового затылка по ослепительно-белому трикотажному комбинезону до массивных серебристых сабо.

— Добрый день, — спокойно произнесла я.

Мой негромкий голос подействовал на Людмилу Григорьевну, будто разряд электрического тока. По ее телу пробежала волна нервной дрожи. Пальцы Людмилы Григорьевны импульсивно разжались, и на пол с металлическим грохотом упал небольшой пластиковый пакет, который она намеревалась положить в ячейку камеры хранения. Подобно соляному столпу, она застыла на мгновение, но потом, неторопливо обернувшись, взглянула в мою сторону. На ее лице появилась кривая улыбка.

— Это всего лишь вы, Женечка, — облегченно выдохнула она, — а я-то думала…

Она спокойно подняла пакет и сунула его в ячейку, а оттуда достала аккуратный, но вместительный серебристый чемоданчик.

— Может быть, вы думали, что это служба безопасности «Тарасовнефтегаза»? — поинтересовалась я.

— Женечка, — она укоризненно посмотрела на меня, — что вы такое несете? Какой «Тарасовгаз»? Кстати, вы нашли моего мужа?

— Я нашла его убийцу.

— Мой муж убит?

— К сожалению, да.

— Вот как? — спросила она, словно речь шла о потерянной иголке. — И кто же его убил?

Т — Некто Борщев Вячеслав Михайлович.

— Он что же, сам вам об этом сказал?

— Борщев уже никому ничего не скажет, — покачала я головой, — он тоже убит.

— Женечка, — вскинула на меня свои красивые глаза Людмила Григорьевна, — какие страсти вы рассказываете!.. Где же обнаружен труп моего мужа?

— Скорее всего его труп найдут где-нибудь в лесопосадках возле аэропорта, — я сделала несколько осторожных шагов в сторону Людмилы Григорьевны, — но я думаю, вам-то это известно. Неужели Борщев не поделился своими секретами со своей сообщницей?