Книга Жизнь как триллер, страница 88 – Марина Серова

Я осторожно приоткрыла дверь, прислушалась. Никаких звуков не услышала, поэтому толкнула дверь сильнее и оказалась в прихожей, которая еще служила складом для дачного инвентаря. По обеим сторонам от двери были разбросаны грабли, вилы, лопаты и прочие орудия труда.

Я вытащила из кобуры револьвер, подошла ко второй двери — той, что вела в комнаты. Она была закрыта. Я снова прислушалась, до меня донеслись приглушенные звуки голосов и какие-то шорохи.

Войти в комнату незамеченной я вряд ли смогу, поэтому я открыла дверь и ворвалась в дом, держа оружие наготове.

Моему взору представилась странная картина. Спиной ко мне стоял Илья, который резко обернулся при звуке открываемой двери. За ним на полу лежал какой-то большой кулек, так как в комнате было очень тусклое освещение, я не сразу поняла, что это. Герасимов был безоружен — у него в руках не было ни пистолета, ни ножа. Он недоуменно смотрел на меня и ничего не говорил.

Я подошла ближе и скомандовала:

— Руки за голову! Глупостей не делай, выполняй, что я сказала!

Герасимов послушался — он медленно поднял руки вверх, я приказала отойти ему к стене. Потом подошла к непонятной куче тряпья на полу, которая оказалась совсем не кучей, а живым человеком.

Я не успела даже наклониться к связанному пленнику, как Илья, пользуясь тем, что я за ним не наблюдаю, рванулся к двери. Парень не знал, что делать этого не нужно, — даже стоя к нему спиной, я контролировала ситуацию и сразу почувствовала движение противника. Я резко развернулась, стрелять не стала — в безоружных людей я обычно не палю из револьвера. Догнала его у самой двери, нанесла резкий удар ногой в голень. Илья заорал и свалился на пол, скорчившись от боли.

Я подошла к нему ближе и, держа револьвер у виска парня, проговорила:

— Еще одна такая выходка, и ходить точно никогда уже не сможешь! Будешь прыгать на костылях, ясно? Да или нет, отвечай!

— Ясно… — Герасимов закивал.

— Что тут происходит? — я кивнула на связанного человека.

Пленник пошевелился и замычал. Я строго посмотрела на Илью, потом заперла дверь на крючок и угрожающе проговорила:

— Сиди смирно, понял? Если не хочешь неприятностей на свою голову! В следующий раз буду стрелять, имей в виду, я никогда не промахиваюсь! Это тебе понятно?

Он снова кивнул. Я подошла к связанному человеку, наклонилась и с огромным трудом узнала Карину. Девушка была связана по рукам и ногам, во рту у нее торчал кляп, под левым глазом багровел огромный фингал, на лбу была огромная рана с запекшейся кровью.

Я вытащила кляп, кухонным ножом, который лежал на столе, разрезала веревки.

Карина прохрипела едва слышно:

— Воды… дайте воды…

Я огляделась в поисках питьевой воды. К счастью, на столе стояла бутылка с минералкой — видимо, Илья привез с собой.

Я спросила у Герасимова, что в бутылке, и тот подтвердил мою догадку. Я дала Карине бутылку, девушка с жадностью стала пить из горла. Вода проливалась, стекала на одежду, но несчастная пленница не обращала на это никакого внимания.

Тем временем я достала свою походную аптечку, которая умещалась в кармане куртки — бинт, перекись водорода, средства первой помощи. Рана на лбу Карины показалась мне самой серьезной, поэтому я обработала ее перекисью.

— Как себя чувствуешь? — спросила я девушку. — Голова болит? Тошнит?