Книга Бесценный мальчик, страница 106 – Марина Серова

Но все уже закончилось, Женевьева лежала под слоем осколков и скулила, зажимая уши руками. Ее утонченный музыкальный слух не выдержал грубой пальбы из пистолета по окнам старого домика.

Мальчика и матери уже не было в комнате, засыпанной битым стеклом и деревянными щепками после выстрелов. На крыльце застучали тяжелые шаги — в комнату ворвался пунцовый от бега Скворцов, он посмотрел на стонущую фигуру на полу, вздохнул и полез за наручниками.

Наконец мальчик был найден, Елена Генриховна сжимала его в объятиях, ее слезы капали прямо на вихрастую макушку сына. А я вышла во двор и уселась на землю под старой яблоней, отчего-то не было радости. Да, преступница задержана, мой подопечный спасен, профессиональная репутация восстановлена и можно покупать билет на море, но почему же мне так тоскливо на душе при мысли о скорчившейся на грязном полу фигуре пожилой учительницы музыки.

На море я все же полетела, две недели под ласковыми лучами южного солнца, и все мои приключения превратились в дымку. Я нежилась с утра до ночи на частном пляже отеля, совершая редкие заплывы в теплые укачивающие волны.

Кожа стала золотистой от южного солнца, сны безмятежными, лишь один раз я проснулась от звона бьющегося стекла и тонкого завывания — мне приснилась Женевьева, лежащая на полу своего деревенского дома.

Но шведский стол, сон без ограничений, морской воздух помогли забыть эту историю. А по возвращении домой тетушка ахала восторженно от моего посвежевшего лица и отдохнувшего вида.

Она с гордостью продемонстрировала пригласительные билеты на вечеринку в честь открытия благотворительного фонда «Новые звезды».

Вместо Адама, по согласованию с Юрием Васильевичем, полетел Сашка Птахин и выиграл этот конкурс, надеюсь, завтраки в отеле, шведский стол и остальные прелести взрослой богатой жизни достались мальчику сполна. Альбина Полякова взялась сопровождать мальчика, но из поездки так и не вернулась, вместо горячо любимой жены Юрия Михайловича ожидал адвокат по разводам с требованием раздела имущества. Альбина навсегда осталась в Европе, наслаждаться ролью матери с новым мужем — жгучим брюнетом цыганской наружности.

В расстройстве от такого поворота судьбы Поляков совсем отошел от руководства клиникой и назначил управляющей Елену Генриховну. Сам же он с прежним энтузиазмом занялся благотворительностью: организовал фонд помощи гениальным детям «Новые звезды», чья счастливая судьба была под вопросом из-за болезни родителей или их пагубных привычек. Под опеку фонда были взяты и Сашка Птахин, и семья Вороновых. Благотворительный фонд решил их вопрос с жильем и назначил кураторов, которые помогали семьям во всем — от покупки продуктов до лечения родителей.

Вечеринка была запланирована в загородном доме Полякова, где организовали летний лагерь для подопечных фонда. Каждый день огромный коттедж наполнялся гомоном детских голосов, десятки подопечных гуляли в сосновом лесочке, трогали каждую деталь веранды в прованском стиле и смело ставили пятна от напитков на белоснежных гобеленовых скатертях.

Для мероприятия необходима была тщательная подготовка: новое вечернее платье смотрелось потрясающе, а посмуглевшая кожа, золотистые босоножки обнимали щиколотки тонкими ремешками, а аксессуары с золотистыми вставками превратили меня в кинозвезду на красной дорожке кинофестиваля. К визиту в загородный коттедж подготовка шла с утра — тетя Мила запекала пирог с мясом, жарила блины и сооружала свои фирменные закусочные канапе и профитроли. Помимо праздничного фуршета ей нужно было время на подготовку наряда и прически, нашим личным шофером на сегодня должен был стать Игорь Павлович. Ему удалось вымолить прощение у строгой Милочки, и, хотя та была все еще настороже, разрешала Игорю ухаживать и оказывать знаки внимания.