Книга Мэри Поппинс. Финальный акт, страница 28 – Марина Серова

— Хорошо, Алекс, а кто, по-вашему, мог бы так поступить со Светланой? — Вопрос Димы огорошил не только Алекса, но и меня. Видать, следователю совсем надоело слушать одно и то же и топтаться на месте.

У Алекса округлились глаза:

— Послушайте, я… Вы такие вопросы задаете… Светлану многие не любили. То, как она тут всем распоряжалась. Как вела себя. Но ведь есть какие-то нормы, общечеловеческие… Я не представляю, чтобы в двадцать первом веке такое вообще могло произойти. Как в фильмах! Я не могу подозревать никого из коллег. Мне даже в голову не пришло бы, что кто-то из них мог бы такое сделать. Все приличные люди! Ни к кому никогда не было никаких претензий. Да, бывали разборки на репетициях. Так это со всеми бывает. Но чтобы человека скинуть. Она же вообще могла не очнуться, и тогда…

— Ну ладно, спасибо, мы вас поняли, ни на кого конкретного вы указывать не хотите, хотя должны, как режиссер, лучше всех знать своих коллег!

— Да не то что не хочу… Да! Не хочу! Но и не могу тоже, я же вам сказал, что все нормальные люди. Нет у нас психопатов в театре! — В голосе Алекса послышались отдаленно истерические нотки. Он опять схватился за голову и уставился в пол. Я незаметно кивнула Диме, и следователь, вернувшись к своей ласковой манере, выпроводил бедного режиссера за дверь.

— Ну все, последний — и по домам! Ура! Я так хочу кофе, ты себе представить не можешь. — Я посмотрела на Диму жалобно, хотя вышло это совершенно случайно и независимо от моего желания.

— Танюш, потерпи еще чуть-чуть, и я напою тебя лучшим кофе в Петербурге. Знаю я одну кофейню… — Теперь его ласковая улыбка была адресована непосредственно мне. Черт! Таня, ну ты дура! Думай, что говоришь! Ведь на самом деле я просто пожаловалась, что не могу без кофе, а не намекала, чтобы он меня куда-то вел! Хотя… Может, подсознательно я именно это и имела в виду…

Мы посидели недолго в тишине. Видимо, и я, и Дима обдумывали информацию, хотя фактов было так мало, а сплетен и домыслов так много! Никто не стучался в дверь, и в итоге мы удивленно переглянулись: где же Валера? Через десять минут мы решили пойти его поискать и вообще понять, кто еще остался в театре в столь поздний час.

Коридор был темным, только в конце подсвечивался тусклым лестничным освещением. В голову поневоле полезли мысли о призраках, о которых так упорно нам пыталась рассказать Лидия Павловна.

Дима как будто опять прочитал мои мысли и со смехом провыл:

— Где же вы, представители царской России? Откройтесь нам! Расскажите о ваших тайнах! Это вы перерезали трос?

Вдруг дверь одной из гримерок резко открылась, и в темноте перед нами предстала чья-то сгорбленная фигура. От неожиданности я подпрыгнула, но тут же взяла себя в руки, потому что фигура мрачно сообщила голосом Валеры:

— Нет, это не мы! Но когда узнаем, кто это сделал, то жестоко покараем!

— Валера, ну и шуточки у вас! Так можно и того! — Похоже, что Диме тоже было немного не по себе. — Что вы тут делаете? Мы вас уже заждались!

— Извините, пожалуйста, я как-то потерял счет времени! — Валера нажал выключатель, и нас ослепил яркий свет. — Проходите!

Мы зашли в комнату — это оказалась очередная гримерка, только в разы больше той, в которой мы опрашивали свидетелей. Кругом были развешаны фотографии Светланы, диван был кожаный и новехонький, а у вычурного зеркала на полочке лежала куча разбросанной косметики и стояла ваза с букетом роз.