Книга Старая любовь - новые неприятности, страница 32 – Марина Серова

— За что же заведующая так на вас взъелась? — с любопытством спросила я.

— Боялась, что подсижу, — усмехнулась Кристина. — По этой же причине и выжила меня из тарасовского училища, едва узнав, что я собиралась там работать. Как будто я не смогла бы занять ее место, работая здесь, в Покровске, если бы действительно к этому стремилась. Ведь учебное заведение, в сущности, одно.

— А вы действительно могли ее подсидеть? — поинтересовалась я.

— Не хочу хвастаться, но я и вправду очень хороший преподаватель, знаю работу изнутри, подготовила с первокурсниками несколько перспективных программ. А тот конкурс был знаковым, займи я на нем призовое место, появилось бы еще одно очко в мою пользу. А у Головашиной уже было несколько серьезных проколов, поговаривают, что ее вот-вот снимут. Только зря она боялась — я на руководящую работу не рвусь, меня больше привлекает творческая сторона, сцена. А все эти административно-хозяйственные хлопоты, — Кристина пошевелила в воздухе длинными тонкими пальцами, — все это не мое.

Я молча выслушала эту пространную тираду, убедившись, что моя первоначальная догадка верна — за неприязнью заведующей к подруге Виолетты крылись тривиальные производственные перипетии. Едва ли найдется полностью свободный от них трудовой коллектив, вот и хореографическое училище не стало исключением.

— Может, если бы не Головашина, и Вета была бы сейчас жива и здорова. — Внезапное заявление Кристины застало меня врасплох.

— Почему вы так считаете? — Я буквально впилась взглядом в лицо собеседницы.

Она спокойно пояснила:

— Если бы не Головашина с ее стервозностью, я была бы вместе с Виолеттой на том проклятом конкурсе. Уж я бы смогла ее отговорить от знакомства с Белорецким. Так бы прямо и сказала: «Зачем тебе этот дедуля?»

Я разочарованно вздохнула. Ох уж это сослагательное наклонение. Никогда не могла понять эту странную потребность рассуждать в стиле «что было бы, если бы…».

— А о Никите вам что-нибудь известно кроме того, что он встречался с Виолеттой? — спросила я, рассчитывая извлечь хоть какую-то крупицу информации, пригодную для расследования.

— Да практически ничего, даже фамилию его не знаю. — Кристина покачала головой. — Могу лишь сообщить, что он жил где-то по соседству, тоже в панельке в Трубном районе, как и Виолетта. А чем занимался и каков его круг общения, понятия не имею. Виолетта об этом не распространялась, а я не спрашивала.

Сказав это, Кристина украдкой бросила взгляд на часы. Но я и так уже поднялась и направилась к выходу, понимая, что выудила из визита в покровский филиал все хоть сколько-нибудь полезные сведения. Видимо, заведующая не погрешила против истины и покойная Виолетта Дорошева действительно была очень скрытной молодой женщиной.

Вернувшись домой, я сразу же направилась в душ — хотелось поскорее смыть «танцевальные впечатления», как окрестила я нахлынувшие на меня сложные чувства после двойного визита к профессиональным хореографам.

Ирония обычно помогала мне настроиться на рабочий лад, однако на этот раз старый, многократно испытанный способ не спешил давать должного эффекта. Слишком уж плотным оказался клубок из эмоций, сквозь которые робко пытались пробиться ниточки логических построений. И теперь мне предстояло очистить эти нити от эмоциональных наслоений, чтобы превратить их в стройную логическую цепь, в которой не осталось бы ни единого сомнительного звена.