Книга Странная Салли Даймонд, страница 29 – Лиз Ньюджент

— Как ты себя чувствуешь?

— Все в порядке. Отец написал, что мне нужно переехать в деревню. Он говорит, мне вредно жить здесь совсем одной.

— Тебе тут не одиноко?

— У меня есть Тоби, – я показала ей своего медведя.

— Тоби не человек, милая.

— Я знаю. Я не идиотка.

Она ничего не ответила. Мы посмотрели друг на друга. Тетя наклонила голову, и ее глаза смягчились.

— Что со мной случилось до того, как меня удочерили?

Сначала она отвела взгляд, посмотрела в окно, затем в пол, но потом снова мне в лицо. Тетя Кристин осторожно спросила:

— Можно я возьму тебя за руку?

— Зачем?

— Знаешь, прикосновения могут действовать успокаивающе. И это неприятная история.

Я позволила ей взять свою руку и положить ее между ладонями.

— Джин говорила, что ты… была под лекарствами, что, ты ничего не помнишь?

Я кивнула головой.

— Твоя мать – твоя настоящая мать, я имею в виду, она… умерла.

— От чего она умерла?

— Ее похитил мужчина, когда она была совсем молодой, когда она была… ребенком.

Я смотрела передачи и фильмы про мужчин, которые похищают молодых женщин.

— Он запер ее в подвале?

— Да, вернее, нет, это была задняя пристройка к его дому. Он жил в огромном доме на участке в пару тысяч метров в Южном Дублине. Он держал ее там четырнадцать лет.

У меня в голове загудело.

— Пожалуйста, остановитесь.

Тетя погладила мою руку.

Я отвернулась, чтобы наполнить чайник. Взяла сэндвич и съела его. Тетя Кристин сидела молча.

— Хотите?

— Что, извини?

— Хотите сэндвич?

— Нет. Милая, мне так жаль. Это ужасная история. У тебя есть друг, которому я могу позвонить? Что насчет Анджелы?

— Да, я сейчас ей позвоню.

Мы с Тоби вышли в коридор, и я взяла телефон. Анджела не работала по выходным, так что я решила, что не побеспокою ее.

— Анджела? Тут моя тетя Кристин. Она сказала, что мою настоящую мать похитили…

— Черт.

— Что?

— Я хотела быть рядом, когда ты откроешь последнее письмо отца. Оно все объясняет… ну, почти все. Могу я поговорить с Кристин?

Я позвала тетю к телефону и вернулась на кухню. Я не могла расслышать, что именно она говорила, но слышала ее срывающийся голос. А потом услышала, как она повесила трубку. Когда тетя вернулась за кухонный стол, ее глаза были мокрыми от слез.

— Салли, похоже, я все испортила. Анджела уже едет. Давай поговорим о чем-нибудь другом, пока она в пути?

— Вы думаете, она любила меня? Моя настоящая мать?

Тетя Кристин взяла сэндвич.

— О, я думаю, она любила тебя всем сердцем.

— Откуда вы знаете?

— Сэндвичи просто потрясающие. Давай дождемся Анджелу, ладно?

— Мне сделать еще сэндвичей, для нее?

— Я сделаю. Хорошо, что Тоби не ест, а то у нас бы кончился хлеб.

— Сколько тебе сейчас лет, Салли?

— Сорок три. А вам сколько?

— Шестьдесят семь.

— А моя настоящая мама вышла замуж?

— Нет… Давай дождемся Анджелы.

— Хорошо. Хотите подержать Тоби?

Она не рассмотрела его как следует, а я хотела показать его.

— Боже, какой он перепачканный.

— Да, сегодня мы с ним примем ванну.

— Хм, не думаю, что макать его в воду хорошая идея. Это может плохо кончиться. Он совсем старый. Может, попробуем его немного почистить? Очень осторожно, пока ждем Анджелу?

Тетя Кристин наполнила раковину мыльной водой и стала чистить Тоби маленькой щеткой с мягкой щетиной, пока я держала его за лапы. В воду закапала коричневая пена.