Книга Интрижка, страница 99 – Флора Коллинз

Когда подали торт, музыка стала веселее и громче, все сняли обувь и надели купальники, Том, протянув Одилии кусочек торта, положил руку ей на поясницу.

— Спасибо, ты очень хорошая подруга для Пери.

Господи, ну и взгляд! Том будто раздевал ее глазами, а его прикосновение горело на пояснице, даже когда он убрал руку.

Безумие. Они обменялись всего словечком-другим. Она не знала его характера, предпочтений, тайн, любимого цвета или животного. И у него была девушка.

Ее лучшая подруга, между прочим.

Одилия начала врать Пери, будто после работы ей нужно помогать доктору Форсайту. Говорила: Китти уехала, и пока Одилии нет, квартиру некому открыть. К счастью, Пери не попросила ключ.

На самом деле она хотела спокойно подумать о Томе, лежа в кровати и глядя на вентилятор на потолке. Между ног становилось влажно, хотя она даже не прикасалась к себе. Один только образ Тома возбуждал – вот он стоит в лунном свете перед дурацкими пони, и зубы у него белые, блестящие, как у лучших пациентов Форсайта.

Дня через два после вечеринки, когда она наконец встретилась с Пери вечером на пляже, та спросила, что Одилия думает о Томе. Одилия до крови прикусила щеку.

— Он приятный. Если ты с ним счастлива, то и я счастлива.

Кивнув, Пери рассказала об их первом свидании, как случайно вырубила его: они играли в теннис, и она угодила мячом прямо ему в висок.

Одилия хохотала вместе с подругой, хотя ничего смешного тут не видела. До чего нужно быть красивой и уверенной в себе, чтобы ударить Тома Ньюберна по голове – и все равно попасть на второе свидание?! Постоянное самолюбование, атласная кожа и смех начали Одилию раздражать. Когда Пери ее касалась, она ежилась.

Одилия проигрывала в голове встречу с Томом. Почему он так ее притягивал? Может, всему виной сама обстановка: волшебная ночь, сказочный пейзаж?

Или запретность такой любви?

Одилия до сих пор чувствовала каждое прикосновение, помнила каждый серьезный взгляд. А так уж ли он был красив? Она не помнила его черт. Когда вызывала в памяти детали, пробовала собрать в единое целое, ничего не получалось. Остались одни чувства, подспудное желание узнать его, узнать саму себя.

Через четыре дня после встречи с Томом она сделала кое-что необычное. Написала парню из старшей школы. Лежала на голом матрасе в квартирке, которую он делил с другими парнями, и внутри у нее все болело от секса насухую. Но ей нравилась боль. Боль на время вытесняла из мыслей Тома.

Одилия отпросилась с работы, не отвечала на сообщения Пери, валялась в квартире с похмельем. Курила одну за одной, не заправляла постель. Ненавидела себя. Ненавидела за любовь к парню, с которым быть не могла. За любовь без причины – он лишь уделил ей чуточку внимания. Она вроде обладала решимостью, разве нет? А люди решительные не валяются дома в тоске. Они не дают себе размякнуть, они меняют себя и свою жизнь.

На второй день безделья и хандры Одилия наконец ответила Пери:

Извини. Отравилась морепродуктами. Целый день рвет.

Пери не обиделась, она и так догадалась, что Одилия заболела. Но они с Томом в последнюю минуту решили организовать вечеринку, без Одилии никак нельзя. Партнер Тома уезжал на лето, вот и решили потусовать на прощание.

Она давненько дружила с Пери, а так и не побывала у нее дома.