Книга Не те руки, страница 113 – Марк Биллингхэм

Он гордился ею не меньше, чем гордилась бы ее мать.

— Ладно, буду считать, что меня как следует отругали, – сказала она. – А теперь мне пора – я просто умираю с голоду.

— Кстати об этом – может, зайдешь ко мне поужинать, когда все это закончится? – Миллер говорил быстро, не давая ей придумать отговорку. – Ничего особенного – просто пирог или что-нибудь такое, и обещаю, это не займет много времени, максимум часа полтора – я же знаю, что тебе не очень нравится здесь бывать. Можем даже почти не разговаривать, если не захочешь, или вообще молчать. Ни словечка. Можем провести все время в полной тишине, если хочешь, как монахи-трапписты или мимы. Просто придешь, поздороваешься с крысами, поешь и уйдешь.

Миллер с полминуты слушал доносящиеся с того конца характерные ночные звуки города – шелест моря, тоскливые крики далеких чаек и настойчивое пиканье сдающего задом мусоровоза – пока Финн наконец не заговорила снова.

— С чем пирог?

Пятнадцать минут спустя, когда Миллер вошел в спальню, Алекс лежала на своей обычной стороне кровати, листая журнал “Дэнсинг таймс”. Подняв глаза, она увидела, что Миллер смотрит прямо на нее.

— Даже не думай об этом.

— Ну, конечно же, думаю. – Миллер разделся и скользнул в постель рядом с ней. Он зевнул и какое-то время смотрел в потолок.

Алекс даже не оторвалась от журнала.

— Она не придет, ты же знаешь.

— Имей немного веры, – сказал Миллер.

— Я как-то попробовала, – сказала она. – Помнишь?

Миллер потянулся и включил радио, но у него не было сил спорить ни с кем из звонивших.

Даже с каким-то психом, который утверждал, что в Кеннеди стреляли как минимум три разных инопланетянина. Он крепко заснул еще до того, как тот закончил свою тираду.

Как бы она ни противилась этому, поскольку это совершенно не его дело, Сю неохотно признавала, что Миллер был прав. Знакомиться с людьми на дешевых дэт-метал вечеринках в комнате над захудалым пабом – вероятно, не лучший способ найти кого-то для длительных отношений.

Длительных в данном случае означало больше одной ночи.

Она пыталась убедить себя, что это не имеет значения, ведь речь только о физической близости, но даже с этим не всегда все было хорошо. Чаще всего бывало совсем даже наоборот, потому что и она, и тот, с кем она оказывалась, обычно были в стельку пьяны и слишком измотаны после нескольких часов нытья о “Металлике” и прыжков, чтобы заняться чем-то действительно интересным. Один парень заснул еще в такси по дороге к ней, а женщина, надававшая очень заманчивых обещаний во время затяжного барабанного соло, отключилась и захрапела прежде, чем они успели хотя бы поцеловаться.

К тому же – и ей было неприятно признавать правоту Миллера и в этом – запах тоже не особо возбуждал. Нет, конечно, нет ничего плохого в том, чтобы пропустить стаканчик, когда расслабляешься, или в соблазнительном блеске испарины после танцев, но прокисшее пиво на пропотевшей джинсе – всяко не “Шанель № 5”.

Так что да, это было не идеально, но других вариантов у нее особо не было.

Проблема заключалась в том, что она редко с кем-то знакомилась. Ну, строго говоря, это было не совсем так, потому что она постоянно встречала людей, но большинство из них были в наручниках, что вряд ли можно считать многообещающим началом отношений, не говоря уже о радужном будущем. Она, конечно, общалась со множеством полицейских, но уж точно не хотела ни с кем из них серьезных отношений. Да, ей хотелось проводить время с партнером, да, иногда ей бывало одиноко, но она же не сумасшедшая.