Книга Лондонский матч, страница 133 – Лен Дейтон

— А, вот и он, – сказал Брет, явно имея в виду Штиннеса.

— Дерьмо, – сказал я, потому что, к моему изумлению, Брет оказался прав. Штиннес выжил, когда бомба взорвалась под автомобилем! Он стоял возле дверцы моего «ровера», ожидая, когда его пригласят войти.

— Садитесь на заднее сиденье, – сказал я.

Его охранник стоял рядом с ним. И только когда оба неуклюже забирались на заднее сиденье, я увидел, что они скованы наручниками. Охранник, который приковывает себя к объекту охраны, лишает самого себя всех шансов, но сегодня он спас Штиннеса от верной смерти. Крейг был высоким и сильным, если бы даже к нему приковали Кинг-Конга, то и он шел бы туда, куда идет Крейг.

Я завел машину и уехал задолго до того, как показались хоть какие-то признаки полицейского автомобиля. Полагаю, эта респектабельная часть Хэмпстеда не привлекает большого внимания полиции в три утра по вторникам.

— Что же произошло, черт возьми? – спросил я.

— Я увидел, когда они подходили, – ответил Крейг. – Это любители, самые настоящие любители. – Он молод, ему было не более двадцати. – Я надел наручники, и мы вышли.

Он рассуждал очень просто, все хорошие охранники так делают. И был прав. Они вели себя как любители-непрофессионалы, и это меня озадачивало. Они даже дали возможность Штиннесу и Крейгу покинуть машину. Любители. Но КГБ не использовал любителей в своих ударных бригадах, и это меня очень заинтересовало. Мы встретили полицейскую машину около Швейцарского коттеджа. Она мчалась со скоростью семидесяти миль в час не по той стороне проезжей части, по какой положено ехать с голубыми мигающими огнями и включенной сиреной. Они это делали точно так, как показывают в ночных передачах телевидения.

К этому времени Брет пришел в себя.

— А почему вы говорили, что они появятся на взводе? – спросил он. Его голос дрожал, он неожиданно увидел деятельность департамента совсем с другого, острого конца и был потрясен.

— Очень странно, Брет. Эта мысль пришла к вам до того, как вы поблагодарили меня за спасение жизни, или после?

Позади я услышал легкое покашливание Крейга. Он давал понять, что в машине сидят люди, у которых тоже есть уши.

— Что?! Вы спасли мне жизнь, вы, сукин сын? – почти прокричал Брет истеричным голосом. – Сначала вы стреляли, используя меня как щит. А потом вообще убежали, оставив меня одного слушать музыку.

Я рассмеялся.

— Вот что такое быть полевым агентом, Брет. Если бы вы были опытным агентом, вы бы сразу распластались на полу. И было бы лучше, если бы вы взяли на себя этого второго подонка, чем предоставлять мне заботиться о них двоих.

— Если бы я имел опыт, – сказал угрожающе Брет, – то прочитал бы вам тот раздел Правил, где говорится о применении огнестрельного оружия в публичных местах.

— Вы должны прочитать это не мне, Брет. Вы должны прочитать это той сволочи, которая заявилась туда с короткоствольными автоматами. И второму, который хотел размозжить мне голову, когда я крался за ним по лестнице.

— Вы убили его, – сказал Брет.

Он все еще тяжело дышал. И все болтал и болтал, а я был переполнен адреналином и был готов высказать такие вещи, о которых лучше молчать.

— Он истек кровью и умер. Я наблюдал за ним.

— Почему же вы не оказали ему первую помощь? – спросил я саркастически. – Потому что это означало бы потерю ваших четырех тысяч? Так, что ли?