Книга Убийственно хорош, страница 79 – Саша Стрельна

Тоже врет, ведь. Они же назвались тогда Петровым и Степановым… Что я чуть было не выболтала в гримерке! Вот балда!

— Документы могли быть поддельными…

— А личности? — и я победно прихлопнула лежавшую передо мной на столе флешку, за которой и ходила перед эфиром.

Маричев с самого начала посматривал на нее более чем подозрительно и не зря! Через минуту, после того, как юная и очень хорошенькая секретарша Незнающего Юлечка, обычно выполнявшая такого рода поручения, забрала не зря припасенный мной материал у меня и отнесла в эфирную аппаратную, откуда могли запустить видео, все мы увидели Лелика и Болека выходящими из дверей телекомпании.

— Остановите здесь, потому что дальше господа начали ругаться матом и выдавать важные государственные тайны, — попросила я и взглянула на гостя.

Конец у разговора получился скомканным, но я была просто счастлива. Прищучили! Все-таки прищучили! По-прежнему невозмутимый, но какой-то пригасший Маричев в сопровождении Таньки Морозовой проследовал умываться. А мы с Незнающим двинулись в сторону его кабинета. Смыть грим можно было и там. Как у всякого уважающего себя начальника у Максима за кабинетом была комната отдыха и личные удобства при ней.

— Черт! Я уж было подумал — вывернется.

— Максим, ты просто гений!

Он засмеялся радостно и по-мальчишески звонко:

— А ты думаешь, я этого не знаю?

А потом сгреб меня в охапку и поцеловал. Честно вам скажу — я обомлела. Никогда бы и не подумала… Да и с чего? Не было и намека! В себя привела его рука, беззастенчиво сжавшая мне грудь под тонким шелком пиджака. Неожиданно легко отпихнула его от себя — это вам не Ванечка с его плечищами-то. Он хмыкнул и засунул руки в карманы брюк.

— Прости. Прямой эфир, знаешь ли. Всегда так. Езжай домой, выспись, а с утра будем думать, как жить дальше.

Я уже повернулась, чтобы идти, когда он окликнул меня:

— Попроси Юлю зайти ко мне.

Передала порученное, и… Да что греха таить, нарочно задержалась в дверях приемной. Точно. Услышала щелчок — кабинет начальства закрылся изнутри. Прямой эфир, знаете ли! Я пожала плечами и отправилась восвояси.

Когда я добралась до дачи, семья была, что называется, в сборе. И на взводе.

— Звонил дед, — замогильным голосом возвестила Наташа. — Ты что, помирилась с ним?

— Не так чтобы… Что сказал?

— Просил передать, чтобы ты немедленно выгнала своего альфонса, — уничтожающий взгляд в сторону Ивана, — если не хочешь оказаться на том свете и оставить детей сиротами.

— Как всегда мил и деликатен, — прокомментировала я и устало опустилась в кресло.

— Так я не поняла, эти покушения, они что, как-то связаны с ним? — опять кивок на Ивана.

— Что ты чушь городишь? — это уже Вася.

Так, позиции определились. Только Ванечка молчит.

— Перестаньте. Лучше послушайте, что я вам скажу. Это очень важно. Кто бы и когда бы ни спросил вас… Короче говоря, твой отец, Наташа, как и Васин — Петюня, — я взглянула с особым значением на дочь и Ивана, рядом с которым устроился Василек. — Не надо вмешивать сюда кого-то еще. Петюню я предупредила.

— Что, будем отрекаться? — Наташка, зараза, откинулась на спинку кресла и вытянула вперед ноги.

— Будем беречь, — отрезала я.

Запиликал мобильный.

— Да?

— Мария Александровна? Это вас Леонид Иванович беспокоит. Крутых. Помните?