Онлайн книга «Убийственно хорош»
|
— У нас гостья, Никита? — проговорил медленно, с расстановкой. Юноша кивнул. Прочел вопрос по губам? А потом быстро задвигал пальцами, видимо, посвящая отца — а это, несомненно, был он — в подробности нашей встречи. — Понятно. Враг Петренки — друг нам. Ты правильно рассудил, Ника. Я вздрогнула. Редко когда Никит называют этим женским именем крылатой богини Победы. Собственно, только одного такого и знала… Бородач тем временем перевел взгляд на меня. — Не местная, — утверждение, а не вопрос. — Из Москвы. Присвистнул: — Далеконько занесло… — Да уж… — я вымученно улыбнулась. — Как вас звать-величать, гостьюшка? — Мария Александровна… Маша… — А я Михаил Иванович, почти Медведь. Вот ведь какая сказочка получается, — задумался, глаза острые, умные, решительные. — Мариша! — это уже в дом. — Собери там поесть. Гостья у нас, — и снова мне. — Проходи. Милости просим. Я шагнула мимо него в темные сени. Услышала, как он крякнул за спиной ворчливо, и тут же почувствовала, как меня ловко освободили от пистолета, засунутого сзади за пояс джинсов. — Тяжелая артиллерия, Мария Александровна? Я рассмеялась: — Оружие скорее психологическое, Михаил Иванович. Вряд ли когда смогу во что-то живое выстрелить. — Тогда, не обессудь, оставлю-ка я его до времени себе. — Спасибо, — несколько невпопад, но совершенно искренне ответила я и переступила порог горницы. Именно так и хотелось назвать эту просторную светлую комнату. Белоснежные, вручную вышитые занавески на окнах, иконка в углу, под ней мерцает лампада, громадная выбеленная печь, светлое дерево выскобленного добела стола, румяные мордашки русоволосых детей и, наконец, сама хозяйка — не по моде пышная, но донельзя уютная и какая-то теплая, в нарядном домашнем платье, причудливо расшитом по подолу, рукавам и у открытого ворота. Накормила она меня до отвала. Давно так вкусно не ела. От еды словно опьянела, глаза стали слипаться, но этого счастья позволить себе пока не могла. — Михаил Иванович, как мне в Энск от вас попасть? — Эвон! В Энск! — задумался. — Чего тебе там делать-то? — Ждут меня. Волноваться будут. Да и улетать мне завтра, то есть уже сегодня… — я прикрыла ладонью рот. — Плохи дела. Ну да посмотрим, что тут можно сделать. Поднялся из-за стола, грузно, словно и вправду медведь, двинулся вглубь дома. Я тоже встала, поблагодарила, но за хозяином не пошла — не приглашали. Вышла на крыльцо, потом во двор. Вечерело. Солнце уже убралось за острые пики елей. Даже воздух стал другим. Из дверей сарая выглянула пестрая добродушная морда коровы, и я решила подойти поближе. Внезапно какой-то совершенно чуждый всему окружению звук нарушил идиллию этого богом забытого уголка. Я обернулась на него, задрала голову, и глаза мои полезли на лоб — из верхушки покрытой тесом крыши, тихо жужжа, выдвигалась параболическая антенна, попутно раскрывая металлические лепестки… — Вот тебе, бабушка, и Юрьев день… — несколько не к месту пробормотала я и присела на выщербленный пень, на котором хозяин, видно, колол дрова. Там он и застал меня, когда через четверть часа появился на пороге дома. Хмыкнул, проследив за моим обалделым взглядом, глянул с затаенным весельем: мол, что, думала — мы здесь только и умеем лаптями щи хлебать? — Вертолет еще не вернулся из Якурима. Так что раньше завтрашнего утра ничего не выйдет… |