Онлайн книга «Измена. Я отыграюсь!»
|
— Это Джес, — промурлыкал Стас. — Ее брата-близнеца зовут Джей. Они будут обслуживать нас здесь, в бунгало, если вы, конечно, не против, Елена Георгиевна. Я пробурчала что-то, отдаленно похожее на согласие, и Стас тут же продолжил: — Ребята не местные. Тайцы. По-английски говорят свободно. И так же свободно, даже раскрепощенно ведут себя во всех отношениях. Так что можно не стесняться своих желаний… — Звучит как приглашение к разврату… — Дихотомия добра и зла! — с усмешкой ответствовал Стас, а после повел бокалом в сторону близкого океана, где, как видно, не только мне мерещились хищные обводы «Черной жемчужины». Демонстративно прошествовав мимо, я спустилась к набегавшим на берег волнам, некоторое время брела по мелководью, а потом, достигнув достаточной глубины, еще дольше плавала. Возвращаясь, почему-то была уверена, что застану какое-то непотребство, но на вилле было тихо. Юные тайцы как сквозь землю провалились, а Стас, похоже, убрался к себе — один только пустой бокал остался стоять на бортике, да початая бутылка шампанского ждала в ведерке с уже подтаявшим льдом. Я немного полежала на солнышке, а потом, почувствовав, что хватит, ушла под полотняный навес беседки, где и устроилась на мягких подушках с телефоном в одной руке и холодным шампанским в другой. Сообщения в лентах соцсетей пестрели поздравлениями с наступающим Новым годом. Народ постил елочки, Дедов Морозов с детьми или себя со Снегурками разной степени раздетости, жбаны с оливье и кадры украшенной огнями, но по-прежнему бесснежной, а потому все равно мрачной и унылой Москвы. А я истово тащилась, наблюдая перед собой нечто прямо противоположное: лазоревое море, белый песок, резную зелень пальмовых листьев… И было это все хорошо. До того самого момента, пока выспавшийся Стас не вышел из своей спальни, предложив съездить поужинать и, сука, сыграть в бильярд… Столов с русским вариантом этой игры здесь не наблюдалось, но мне это было только на руку. В снукер я играла лучше. Конечно, мне было далеко до тех парней, что гоняли шары всю жизнь, но для любителя весьма и весьма. Стас тоже против снукера ничего не имел, даже оживился, поняв, что сложностей «русской пирамиды» не будет и попутно продемонстрировав мне то, на что и был расчет — поверхностность знаний о вариантах этой игры. «Мало знает — плохо умеет. Добро пожаловать к расплате, Станислав Дмитриевич!» Ужин прошел под неспешный разговор, который двигали вперед скрытые течения и легкий стеб. Я упорно называла своего визави по имени-отчеству, впрочем с легкой улыбкой пообещав совершить переход к более… интимной форме общения позднее, после того, как выиграю. — Всегда готов к любым приятным переменам, — ответствовал на это Стас и тронул одну из пуговичек на своей «счастливой» рубашке, в которую демонстративно вырядился перед «выходом в свет» — благо здесь, в клубной части отеля, во всю работали кондиционеры. — С вами, Елена Георгиевна, мне будет одинаково приятно и выиграть, и проиграть. Смекаете? Чертов хитромудрый пиратище! Глава 36 Играть договорились из семи партий. Не по общему счету, а по результату — кто выиграл четыре, тот и диктует условия дальнейшего уже совсем не спортивного действа. Я была уверена в себе, а потому спокойна и поначалу играла точно, идеально рассчитывала выходы под следующий удар и вообще нравилась сама себе. Вот только очень быстро выяснилось, что и Стас не лаптем щи хлебает. Первая же допущенная мною ошибка привела к тому, что противник перехватил инициативу и закончил партию (к тому моменту третью) уже в свою пользу, ловко загнав все оставшиеся шары в лузы, и более мне даже к столу подойти не дав. |