Книга Мертвая тишина, страница 132 – Анна Денисова, Виктория Сталь

Машина тронулась с места, оставляя за собой облако пыли. Мясник наблюдал, пока она не скрылась за поворотом.

Мясник старательно обходил округу, придирчиво осматривая каждый дом, каждый закоулок. Его движения были размеренными, почти медитативными — так охотник изучает территорию перед тем, как расставить капканы. Он отмечал всё: расположение окон, прочность дверей, возможные пути отхода, места, где можно укрыться или устроить засаду.

Новый план сформировался в его голове спустя час напряжённого обдумывания. Поначалу он подумывал о прямой атаке — ворваться в убежище, ошеломить, взять всех разом. Но быстро отказался от этой мысли. Подростки, испуганные и дезориентированные, наверняка разбегутся в разные стороны. Придётся гоняться за каждым, тратить силы, рисковать упустить кого‑то. А ему хотелось забрать всех сразу — чтобы видеть их страх, ощущать безграничную власть, наслаждаться каждым мгновением их отчаяния.

«Нет, — размышлял он, проводя кончиком ножа по шершавой стене заброшенного дома. — Так будет неинтересно. Нужно нечто большее».

Тут нужна была хитрость. И он придумал.

План складывался в его сознании, словно мозаика, где каждая деталь занимала своё место:

Найти десяток «гнилых» — мертвецов, достаточно активных, чтобы представлять угрозу, но не слишком быстрых, чтобы не спугнуть добычу раньше времени.

Подвести их ближе к убежищу подростков — так, чтобы те почувствовали опасность, но не смогли сразу оценить масштаб угрозы.

Выждать момент, когда ребята пойдут на очередную вылазку — уставшие, нагруженные добычей, менее бдительные.

Пустить «гнилых» им навстречу — создать панику, хаос, заставить метаться между угрозой и единственным «спасением.

Явиться в нужный момент как спаситель — эффектно устранить мертвецов, продемонстрировать силу и якобы "доброе" намерение.

Предложить им присоединиться к его группе — под предлогом защиты, безопасности, «лучшей жизни».

Мясник довольно щурился, представляя, как всё это будет происходить. Он уже видел картины в своём воображении: вот подростки в панике бегут к своему убежищу, вот «гнилые» настигают их, вот он появляется — спокойный, уверенный, с ножом в руке, готовый «спасти» их. Они будут смотреть на него с благодарностью, с надеждой, не подозревая, что их «спасение» — лишь начало новой, куда более страшной игры.

«Они будут доверять мне, — думал он, и в уголках его губ проступала едва заметная улыбка. — Будут идти за мной, как ягнята на бойню. А я буду вести их туда, где смогу наслаждаться их страхом сполна».

Он остановился у старого склада, окинул его взглядом. Нет, это место не подходило.

Мясник вдруг остановился как вкопанный. В голове будто щёлкнул переключатель — прежняя уверенность дрогнула. Он представил, как подростки садятся в машину, включают двигатель и исчезают за горизонтом, оставляя его с пустыми руками.

«А если они теперь будут передвигаться на машине?» — мысль обожгла холодным огнём.

Лицо его помрачнело. Пальцы непроизвольно сжались, ногти впились в ладони. Он медленно провёл языком по пересохшим губам, обдумывая последствия. Машина меняла всё: увеличивала радиус их вылазок, давала шанс ускользнуть в любой момент, превращала подростков в более мобильную, менее уязвимую добычу.

«Хммм… Значит, надо лишить их машины», — решил он, и в глазах вспыхнул холодный расчётливый блеск.