Книга Мертвая тишина, страница 112 – Анна Денисова, Виктория Сталь

— Увидел вас, решил не терять время, — пояснил Денис, оглядывая двор. Взгляд задержался на распахнутых дверях дома, на разбросанных вещах у крыльца, потом скользнул по безжизненным фигурам, лежащим в пыли. Он невольно прикрыл нос ладонью, но тут же одёрнул себя, стараясь не показывать отвращение.

— Застал картину, когда нас грабили? — спросил Дмитрий, проводя ладонью по щетинистому подбородку. В его голосе звучала сдержанная ярость, но он старался держать эмоции под контролем.

— Ага… Вынесли, твари, всё… — Денис сплюнул сквозь зубы. — Видел, как последний ящик загружали. Даже инструменты прихватили, сволочи.

Он пнул носком ботинка валяющийся камень, затем поднял глаза на товарищей. В его взгляде читалась холодная решимость — не паника.

— Что делать‑то будем? — удручённо спросил Сергей. Он стоял, сунув руки в карманы, плечи его были сгорблены, как будто на них лежал невидимый груз. Время от времени он косился на мертвецов, стараясь не вдыхать зловоние.

Дмитрий медленно обвёл взглядом двор, дом. Он вдохнул, задержал дыхание, выдохнул, стараясь не обращать внимания на тошнотворный запах.

— Сейчас пойдём в дом, осмотрим. Надо понять, что осталось. Потом Денис поедет за группой — пусть возвращаются, — он сделал паузу, подбирая слова. — Ну и будем решать, что делать дальше. Либо искать новое место, либо… — он замолчал, не договаривая, но все поняли: либо брать реванш.

Денис кивнул.

— Я готов. Только воды глотну — в горле пересохло.

Сергей выпрямился, стряхнув оцепенение.

— Тогда пошли. Только осторожно — вдруг кто‑то ещё крутится поблизости.

Трое мужчин двинулись к дому. Тени от тополей ползли по земле, словно предупреждая: время на исходе. Запах разложения становился всё сильнее, напоминая, что смерть никуда не ушла — она просто ждёт своего часа.

Осмотрев дом, Дмитрий с тяжёлым сердцем оценил масштаб разрушений. Банда не просто ограбила — она словно выместила на жилище всю свою злобу. Двери сорваны с петель, по полу валялись осколки стекла и обломки мебели. Диван был распорот ножом, из него торчали клочья поролона. Шкаф опрокинут, вещи из него вытащены и разбросаны по комнате, некоторые — нарочито испорчены: одежда порезана, книги разорваны.

В кухне царил ещё больший хаос: дверцы буфетов распахнуты, полки опустошены, на полу — разбитая посуда. На стене отчётливо виднелись следы от ударов битой — несколько глубоких вмятин, словно кто‑то намеренно пытался проломить перегородку.

Дмитрий медленно ходил по комнатам, осторожно переступая через обломки. В глазах читалась смесь гнева и отчаяния — это было не просто жилище, это был их островок стабильности в безумном мире.

Наконец, остановившись в гостиной, где особенно явно бросались в глаза следы вандализма, Денис нарушил молчание:

— Ну что, я поехал? — его голос звучал сдержанно, но в нём чувствовалась напряжённость.

Дмитрий повернулся к нему, взгляд его был твёрдым, решительным:

— План меняется, мы поедем с тобой. Придётся искать новое место, где мы сможем устроиться. Здесь оставаться больше нельзя.

Денис непонимающе нахмурился, сдвинув брови:

— Думаешь, они ещё вернутся?

— Не исключаю такой возможности, — Дмитрий провёл рукой по лицу, словно стирая усталость. — У нас сейчас силы на исходе. А тут... очень много дел. Трупы уже разлагаются — убирать их... это... будет очень неприятно. Да и запах... — он поморщился, невольно прикрыв нос рукой. Вонь от разлагающихся тел проникала даже сквозь закрытые окна, наполняя дом тошнотворным смрадом.