Онлайн книга «Мертвая тишина»
|
Время тянулось медленно, словно тягучая смола. Лучи полуденного солнца пробивались сквозь щели в стенах голубятни, рисуя на пыльном полу дрожащие полосы света. В воздухе висела густая тишина, нарушаемая лишь редким стрекотом кузнечиков да далёким криком множества птиц. Дмитрий внимательно вглядывался в бинокль, обозревая окрестности. Его пальцы, крепко сжимавшие прибор, слегка подрагивали от напряжения. Он методично осматривал каждый участок: дорожку между домами, заросший травой пустырь, ряды тополей и берёз. Тишина. Никого. «Ничего не происходит… Странно… Прошла половина дня, и ничего. Этот мужик соврал? А зачем ему это? Или что‑то задержало банду? Блять, сиди теперь, разгадывай загадки», — мысли крутились в голове, наматываясь одна на другую. Сергей сидел рядом, прислонившись к стене. Время от времени он поглядывал в сторону их прежнего жилища — остальные давно уехали. Он отчётливо видел, как выехал трейлер, а следом, держа дистанцию, тронулась скорая. Денис должен вернуться уже скоро — если всё прошло гладко. Пленник недавно очнулся. Теперь он сидел в углу, привалившись к опорной балке, глаза широко раскрыты, зрачки бегают. Руки по‑прежнему связаны за спиной, ноги прикручены к ножкам насеста. Он не дергался, не пытался вырваться — лишь изредка вздрагивал, когда где‑то вдалеке раздавался посторонний звук. Дмитрий опустил бинокль, медленно потянулся к поясу, достал нож. Металл холодно блеснул в солнечном луче. — Наблюдай, — тихо сказал он Сергею, протягивая бинокль. — Я с нашим гостем побеседую, пока никого нет. Сергей кивнул, принимая прибор. Его взгляд на мгновение встретился со взглядом пленника — в нём читалась смесь страха и отчаянного упрямства. Пленник заёрзал при этих словах, попытался отодвинуться, но верёвки крепко держали его. Спиной он упёрся в балку, плечи напряглись. Дмитрий сделал два шага, приблизился. Его тень накрыла пленника, отрезав последние лучи света. Он вгляделся в глаза человека, который ещё недавно следил за ними — теперь в них не было прежней наглости, только страх и растерянность. — Сейчас я уберу кляп и буду задавать вопросы, — голос Дмитрия звучал ровно, почти буднично, но в нём чувствовалась стальная твёрдость. — Ты будешь тихо и чётко отвечать на них. Если всё пройдёт ровно и ты не будешь выебываться, играя в героя, то мы вскоре с тобой мирно расстанемся. Если же начнёшь корчить из себя камикадзе, то и закончишь так же — сделаем тебе харакири. Если понял меня, кивни. Пленник со страхом и злостью смотрел на него. Его грудь часто вздымалась, дыхание вырывалось короткими рваными толчками. Он сглотнул, на шее проступила пульсирующая жилка. Потом, после мучительной паузы, нехотя кивнул головой — едва заметно, но достаточно, чтобы Дмитрий это заметил. — Хорошо, — Дмитрий присел на корточки, лезвие ножа коснулось грязной ткани, заткнутой в рот пленника. — Сколько вас? — задал Дмитрий первый вопрос, когда вытащил кляп, пристально глядя в глаза пленнику. Пленник шумно сглотнул, тихо кашлянул, будто пытаясь прочистить пересохшее горло. — Сорок… Сорок три, — его голос звучал хрипло, с надрывом, словно каждое слово давалось с трудом. — Кто у вас главный? — Мясник, — пленник словно выплюнул это слово, и в его тоне проскользнула неприкрытая горечь, почти ненависть. Дмитрий хмыкнул, разглядывая его. Он отметил про себя эту неприязнь — значит, внутри банды не всё гладко. — Что вам нужно здесь? Пленник помолчал, взгляд его метался по помещению, словно искал точку опоры. — Когда… Когда мы вернулись позавчера, после… Ну… После нашей встречи в лесу, Мясник заинтересовался… Вашим оружием. Сказал, что такое не должно оставаться без хозяина. Дмитрий кивнул, мысленно отмечая: «Так и есть. Пришли за добычей». — Где конкретно находится ваш лагерь? Пленник снова поёрзал, верёвки на руках натянулись, скрипнули. — Недалеко от того места, где мы встретились в прошлый раз. Километрах в десяти на запад. Там посёлок или что‑то вроде того — там особняк такой… Трёхэтажный. Указатели мы убрали, чтобы никто случайно не забрёл. Но найти несложно — дорога одна. — Понятно. Этот ваш Мясник… Имеет отношение к выпотрошенным девочкам, распятым на заборе? — Дмитрий произнёс это тихо, но в голосе звучала стальная напряжённость. Он внимательно наблюдал за реакцией пленника, ловя малейшее движение мышц на его лице. Тот отвёл глаза, щека задергалась, будто он боролся с собой, решая, говорить или нет. — Я… Я… Не знаю… Сам… Не видел, но… Слухи ходили, — наконец, заикаясь, выговорил он. — Говорят, это его рук дело. Но я не уверен. Дмитрий помолчал, переваривая услышанное. В голове крутились обрывки мыслей: «Значит, слухи есть». — Хорошо. Рот тебе заткнуть или будешь вести себя примерно? Пленник вздохнул, плечи его опустились, будто вся борьба внутри него иссякла. — Не надо кляп, я… Буду молчать. Дмитрий продолжительно посмотрел на него, оценивая искренность. Потом развернулся к Сергею, который всё это время стоял у окна, не отрывая взгляда от бинокля. — Ну что там? Сергей не сразу ответил — его пальцы крепко сжимали бинокль, а глаза продолжали следить за чем‑то вдали. — Да всё тихо вроде… — он помолчал, водя биноклем по сторонам, затем резко замер. — Ааа, хотя нет, похоже, гости всё‑таки пришли. Дмитрий шагнул к окну. Вдалеке, по одной из улочек между дачами, один за другим ехали четыре автомобиля. Они двигались медленно, будто осторожно прощупывали дорогу, но уверенно держали курс в их сторону. Солнце отражалось в лобовых стёклах, создавая блики, которые на мгновение ослепляли. Дмитрий прищурился, пытаясь разглядеть номера или какие‑то опознавательные знаки, но расстояние было слишком велико. — Сколько их? — тихо спросил он. — Четыре машины. В каждой, кажется, по три‑четыре человека, — ответил Сергей, не отрываясь от бинокля. — Едут без спешки, но целенаправленно. В воздухе повисло напряжение. Дмитрий почувствовал, как по спине пробежал холодок. «Слишком много. И слишком организованно», — подумал он. |