Книга Страх и голод 4, страница 51 – Константин Федотов

— Кажись, приехали. – прокомментировал я увиденное.

— Ага. – воодушевленно сказал Макс, не отрывая взгляда от техники.

— Пошли смотреть, раз такое дело. – добавил Гаврилыч, и каждый, взяв оружие в руки, осторожно вышел из машины.

Николай (Круг)

Спустя трое суток со дня нападения орды зомби на базу

— Мужики! Помогите! Прижали, суки! Даже головы поднять не могу! – громко прокричал я в рацию, прячась в полуразрушенном деревянном доме, прижавшись спиной к кирпичной печи.

— Продержись еще немного! Идем на прорыв! – раздался свирепый голос Хобота из наушников.

Со всех сторон доносился грохот автоматического оружия, неподалеку раздались взрывы гранат. Из-за обильного запаха жженого пороха и черной дымки дышать было тяжело, а из глаз текли слезы.

Лежа на полу, я то и дело короткими очередями наугад бил в сторону врага, целясь в огромную дыру в стене. Все пространство некогда уютной кухонки было усеяно пустыми гильзами, а рядом лежали разбросанные мной пустые магазины. Карманы разгрузки были уже почти пусты, что сделало ее в разы легче. Перезарядив автомат, я примкнул предпоследний магазин и понял, что патронов осталось всего ничего, того и гляди из пистолета стрелять придется, что сильно скажется на интенсивности стрельбы. В очередной раз высунувшись из-за печки, я нажал на курок и произнес про себя: «Двадцать два!» – и тут же отпустил его. Автомат за это время успевал сделать два-три выстрела. Затем я повторил процедуру, а потом опять и опять. Не знаю, зачем я каждый раз говорил одно и то же, видимо, боялся, что выпущу весь магазин за раз и окончательно останусь без патронов.

— Двадцать! – не успел я договорить свою мантру, как автомат громко щелкнул, сообщив о том, что очередной магазин пуст. – Черт! – прошипел я и, улегшись в свое укрытие, достал последний магазин.

А стрельба не стихала, скорее наоборот, еще усилилась в разы. Даже было слышно, как где-то в стороне ударил крупный калибр, что сотрясал воздух. Сменив магазин, я опять высунулся из укрытия и сделал пару выстрелов, по мне сразу же полетела ответка. Не в меня, конечно, уже стреляли и до этого, но били так же наугад, в сам дом. Пули свистели, не давая мне выбраться на улицу, но не более. А сейчас били прицельно, видимо, я все же раскрылся. Смертоносный свинец засвистел совсем рядом со мной, пули, словно когти монстра, рвали деревянные стены и пол, оставляя на них борозды, и разбрасывали щепки в стороны. Дело дошло и до печи, летящие в меня пули с легкостью пробивали кирпичи, поднимая в воздух красную пыль вперемешку с черной сажей. Били длинными очередями, причем, прицельно. Кирпичи крошкой осыпались на меня, словно пытаясь похоронить заживо. На пару секунд я поддался панике, но все же взял себя в руки и, сжав автомат покрепче, решил дать длинную очередь в ответ, но едва я оторвался от пола и прислонился к печи спиной, как почувствовал мощные удары в спину чем-то тонким и острым. Воздух вылетел из моих легких, я сразу же завалился на пол и начал пытаться вздохнуть полной грудью, но не получалось, выходило лишь какое-то мычание и хрипение. Боль в спине была просто адской и жутко невыносимой, мне хотелось кричать, но я не мог. А еще я почувствовал, что вся спина намокла, и, посмотрев на свой левый бок, только убедился в этом, мой китель потемнел от влаги. Меня начало сильно мутить, к горлу подошел ком от обиды, не хотелось умирать вот так глупо, затем в глазах потемнело, и я словно провалился в небытие, где было тепло, уютно и комфортно. Еще немного я слышал голоса товарищей в наушниках, но ответить уже не мог, силы покинули меня, видимо, Костяная уже успела взмахнуть своей косой.