Книга Страх и голод 4, страница 110 – Константин Федотов

Обернувшийся в мою сторону Сержант начал что-то кричать мне, но я его совсем не слышал, стрельба и взрывы заглушали все вокруг. Тогда командир ретировался ко мне и, схватив одной рукой мой воротник, второй нашел гарнитуру, болтающуюся в районе шеи, и вставил мне в ухо наушник.

— Теперь слышишь? – злобно прорычал он, на что я закивал головой, словно болванчик. – Давай соберись, не время дурака валять! – добавил он и вернулся к обочине.

В наушнике раздавались десятки голосов, и все они были на грани паники. Основные доклады звучали о том, что один – двести, другой – триста, о том, что парней прижали плотным огнем, да так, что даже головы не поднять. Сержант же орал во всю глотку, чтобы каждый занял оборону, вычислял позиции противника, докладывал ему и держался до последнего. Наш радист тем временем запрашивал помощь с базы. И да, ему удалось связаться с бункером, и те даже раздобрившись, отправили к нам на выручку четвертый взвод. Но столько их ждать? Мы далеко уехали, и пока они приедут к нам, нас тут перестреляют, словно куропаток.

— Круг! Ленты тащи! – отдал мне команду Хобот, указав пальцем на свой пулемет. Я кивнул и пополз обратно к Тигру.

Машина продолжала лежать на боку у самой кромки леса, а ее задняя, искореженная часть все еще дымилась от попадания ПТУРа. Полз я как можно ниже, сильно прижимаясь к земле, чтобы не словить шальную пулю, не забывая при этом осматриваться по сторонам. Когда я уже почти вернулся к Тигру, вдруг заметил, как ветки у кромки леса дернулись, и среди них мелькнули чьи-то размытые силуэты, а также заметил блики оптики или коллиматорных прицелов, тут я точно не был уверен. Время для меня в эту секунду словно остановилось, я мгновенно перехватил свой автомат и, направив его ствол в нужную сторону, открыл огонь.

— Командир, с тыла заходят! – заорал я, с силой вжимая стальной курок.

Пули засвистели со всех сторон, ветки начали опадать с кустарников, словно их срезали секатором, а из стволов деревьев в разные стороны полетели щепки. В нашу сторону тоже началась активная стрельба, от попадания пуль земля подлетала вверх, а затем пылью оседала обратно ухудшая и без того плохую видимость. Магазин опустел за пару секунд, и я, видя перед собой коробку с гранатами, из-зо все сил начал швырять их в лес одну за другой, до тех пор, пока кто-то не схватил меня за плечо и не затащил за Тигр.

— Экономь боеприпасы! – прошипел Сержант, когда я поднял на него взгляд. – Перетяни руку! – добавил он и протянул мне турникет.

Я не сразу понял, в чем дело, но потом обратил внимание на рукав левой руки, он весь был залит кровью. Я это, конечно, заметил и раньше, но подумал, что это кровь погибшего Сапсана, но нет, она сейчас стекает в мою ладонь, а значит, моя. Задрав рукав, я увидел небольшую, тоненькую, но глубокую ранку, из которой обильно вытекала темно-красная кровь. Накинув турникет, я сразу пережал его, а вынув из разгрузки перевязочный пакет, зажал рану и перетянул бинтом.

Сержант и Хобот тем временем продолжали бить в сторону леса, а Лев следил за дорогой. Едва я закончил с перевязкой и перезарядил оружие, как услышал какой-то свист, за которым последовал мощный хлопок, от которого наше укрытие в виде перевернутой машины сдвинулось в сторону на пару метров и загорелось.