Книга Страх и голод 3, страница 41 – Константин Федотов

— Чего это?! – возмутился кто-то еще.

— Там зомби тысячами ходят! Куда вам, горемыкам, вообще на них ездить-то? Я же говорю, вы либо с голодухи подохнете, либо вас сожрут! Мотоциклы то громкие, сразу внимание к себе привлечете! – добавил Гена, и как только последняя пара горемык затащила своего товарища, что до сих пор пребывал в нокауте, Гена закрыл за ними дверь в ангар и заблокировал ее.

— Силен! – похвалил я Гену.

— А мне аж самому не по себе стало. – с ухмылкой на лице добавил Макс.

— Да достали уже! Ноют и ноют! Еще и выеживаться начали! Вот опять же Ил правильно говорил, уж больно мы с вами сердобольные. Кому ни помоги, все воспринимают это как должное! – злобно прошипел Гена, а после присел на землю у ангара и закурил сигаретку.

— Вот тут ты прав. – согласился я с ним. – До добра это точно не доведет, надо бы нам стать более осторожными и пресекать все на корню, не обязательно радикально, но тут от ситуации будет зависеть. Вот сейчас было в самый раз.

Местные жители прислушались к словам Гены и сидели тихо, не высовываясь и не подавая звуков, словно их там и не было. Мы же тем временем занялись делами. Великан на скорую руку придумал целую конструкцию для крепежа мототехники, сделанную из специальных подставок для мотоциклов. Вытащив генератор из КУНГа, он сварил между собой куски металла, затем приварил их к борту КУНГа, усилил ее найденными на базе тонкими швеллерами и вуаля, все готово. На всякий случай крепления были сделаны для восьми мотоциклов, которые нам подобрал Макс, как знать, может, мы кого и примем к себе в компанию, да и в целом лишними не будут. Вот только грузить их была та еще задачка. Нижний ряд еще куда ни шло, а вот верхний, под самую крышу КУНГа, дался нелегко, пришлось попыхтеть и повозиться, чтобы подножки встали в пазы и мотики были прочно зафиксированы. Но мы сильные, мы справились.

Остаток ночи мы провели вполне спокойно и тихо, местные не бузили, а мы спали по очереди и охраняли территорию. После завтрака мы были готовы отправляться в путь, каждый занял свое место согласно боевому расчету, я же открыл ангар с горемыками, и те украдкой поглядывали на меня, морщась от солнечного света.

— Вы уж зла не держите, мы хотели по-хорошему. Но дам вам совет, мы еще очень добрые люди, другие бы на нашем месте либо грохнули вас, либо превратили в рабов, и поверьте мне, я знаю, о чем говорю. – спокойно обратился я к ним на прощание и отправился в машину.

Макс

КАМАЗ мчался по изрядно убитой дороге, а я, как обычно, стоял за пулеметом, внимательно осматривая каждый метр трассы. Теплый ветер трепал мою шевелюру и особенно челку, что постоянно мешалась и лезла мне в глаза. Алина, конечно, предлагала ее состричь, но я против, хочу сделать как у Ила, а вот найду краску и тоже окрашу ее кончик, но только не в розовый, как у него, а в синий или, может, зеленый или даже желтый, чтобы не было плагиата.

У меня никогда не было образца для подражания, ну такого, кем бы я прямо хотел стать. Как мой отец, когда был ребенком, мечтал быть похожим на Гагарина, полететь в космос, стать кем-то значимым. В моем детстве таких героев не было, точнее, было, причем очень много, стоит только телек включить, но они же были ненастоящими, просто играли свою роль, и восхищаться стоило только красивой картинкой и сюжетом, а не человеком. Дядя Ваня для меня всегда был настоящим авторитетом. Все на районе знали, что он за человек, и боялись его, и я не исключение. Но что удивительно, за всю свою жизнь я ни разу не видел, чтобы он сделал кому-то плохо. Помогал, да, уши мне надрал однажды, но за дело, а так, чтобы прям какие-то бандитские терки, разборки или что-то похожее, ни разу. Я очень рад, что он пригласил меня с собой, дядя Ваня уже многому научил меня и учит до сих пор, и опять же за все время я не видел, чтобы он сделал хоть что-то плохое. Может, у меня неправильное представление о бандитах?