Книга Страх и голод 3, страница 21 – Константин Федотов

— Черт! – прохрипел я во всю глотку, когда у самого верха под моим весом сразу сломались пять ступеней, и я упал на землю.

Гравитация тут же потащила мое тело вниз, но я успел ухватиться руками за вбитую сваю. Не знаю, сколько времени я так пролежал на земле, обнимая кусок металлической трубы, но, набравшись сил, начал взбираться дальше. Я сейчас ни о чем не думал и пребывал словно в бреду, в прострации. Мне просто нужно было подняться наверх, и я как-то на автомате шел к своей цели.

Уклон у самого верха был более пологим, и я не стал залезать на ступени, а просто по-пластунски пополз вперед к следующей свае. Добравшись до трубы, я обогнул ее, словно червяк, и пополз дальше, и вот он, долгожданный финиш!

Я оказался на хорошо протоптанной тропинке и увидел две выцветшие на солнце таблички. «ЛЕСТНИЦА В АВАРИЙНОМ СОСТОЯНИИ! ОПАСНО ДЛЯ ЖИЗНИ! ВХОД ЗАПРЕЩЕН», а на второй было написано «ОЗДОРОВИТЕЛЬНАЯ ЭКОТРОПА 4 км» и стрелка вперед.

Посмотрев вниз, я убедился в своей безопасности, огромная толпа зомби стояла у подножья холма, некоторые особи взбирались вверх, но срывались и кубарем катились обратно.

— Накусите, выкусите! – попытался выкрикнуть я, но получилось только прохрипеть, так как глотка совсем пересохла.

Но и свой хрип я сопроводил характерным жестом руками и оттопыренными средними пальцами. Солнце же тем временем безжалостно обжигало своими лучами, высушивая мою мокрую от пота одежду, покрывая ее белыми разводами. На какое-то время угрозы моей жизни больше нет, но есть и другая проблема, а именно жажда. Пить хотелось просто невыносимо, и с этим что-то нужно было делать. Внизу, конечно, есть родник, и даже если предположить, что зомби уйдут, рисковать пить из него, когда они в нем потоптались, это то же самое, что играть в русскую рулетку.

Мыслей, как быть дальше, у меня не было, куда идти, я не знал, но и на месте оставаться было нельзя. Тяжело вздохнув, я поднялся на ноги и побрел вперед по этой самой экотропе. Я понятия не имел, сколько времени прошло, словно в бреду двигался по протоптанной дорожке, умирая от жажды. Солнце пекло голову, в животе сильно крутило, я страдал от изжоги, а еще ладони и колени очень сильно жгло от заноз и ссадин.

Тропа постепенно спустилась вниз, и я вновь оказался на плато, но с другой стороны холма, зомби тут вроде не было, хотя уже не так сильно озирался по сторонам. Обезвоживание сводило меня с ума, я был очень уставшим, и плюс ко всему очень сильно разболелась голова. Терпеть все это не было сил, и в какой-то момент я присел отдохнуть около небольшого кустарника, спрятавшись в его тени. Я сидел на земле, склонив голову, страдая от недомоганий, и злился на весь мир. В какой-то момент мой взгляд упал на рукоять пистолета, в котором все еще было немного патронов, а в голове мелькнула предательская мысль, а не покончить ли со всем этим здесь и сейчас? К чему эти мучения и страдания? Чего ради? Моя рука потянулась к оружию, но я, придя в себя, прогнал наваждение.

— Ну уж нет! Черта с два я тут подохну! – прошипел я сам себе. – Я еще всех переживу! И Колю, и Лизу, а если я их встречу, то прикончу обоих, хотя Лизу чуть позже, есть у меня с ней неоконченные дела! Хотели убить меня, нет уж, я их сам завалю, пусть только попадутся! – вдохновившись, сказал я и, встав на ноги, побрел дальше.