Книга Страх и Голод 1, страница 6 – Константин Федотов

Поднимались эти непонятные личности как-то странно, словно маленькие дети, неумело так, коряво, равновесие не могли поймать, то и дело заваливались на бок. И тут я услышал еще рычащие звуки и увидел, как со стороны дороги в нашу сторону приближалась еще группа из двух десятков подобных людей. Вид у них был куда хуже, разодранная одежда, все в крови, и я бы подумал еще, что это розыгрыш, но изодранная плоть и отсутствие мягких тканей на лицах и телах, без которых отчетливо проглядывались челюсти и зубы, а еще кишки, которые волочились по земле, говорили о том, что все это настоящее. И сам поверить не могу, что говорю это, но это зомби! Самые что ни на есть настоящие зомби!

— Черт-Черт-Черт! Надо валить отсюда! – выругался я, отбросив палку, схватил девушку на руки и побежал в противоположную сторону.

20 июля, город Тверь. Войсковая часть 23567. Солдат срочной службы Левин Петр Михайлович.

На улице вечерело, солнце снижалось над горизонтом, и на смену дневному зною наконец-то начала постепенно приходить вечерняя прохлада, что позволяла вздохнуть полной грудью без угрозы обжечь дыхательные пути.

В левой руке между пальцев была зажата дешевая сигарета, а ее едкий дым тонкой струйкой, извиваясь, поднимался к крыше курилки.

— Как же мне надоела эта служба! Я за всю жизнь так не вкалывал, как за эти три месяца! – прошептал я сам себе под нос и от обиды топнул грязным, не чищенным берцем по пыльному бетону.

Вдруг подул прохладный ветер, заставивший шелестеть листья деревьев, часть из них, не выдержав напора ветра, оторвалась с веток и начала падать на землю, кружась, словно в танце, так мягко, красиво и тихо. Прямо как я на выпускном с Машкой Кузнецовой, эх, до сих пор помню запах ее волос вперемешку со сладким парфюмом. Машка, Машка, я к ней с всей душой, признался в любви после выпускного, а она лишь рассмеялась глядя мне в глаза и послала. Ну да, куда мне до этого тупого качка Марка, он и умен, и статен, и красив, а папа бизнесмен, что делает его куда более привлекательным. Куда мне до него, простому парню, живущему с мамой и бабушкой в однушке на одну зарплату и мизерную пенсию, а отца я видел лишь разок, в дверной глазок, и то мать его прогнала. Пьянь он хроническая, вот все, что я о нем и знаю.

— Эй! Петрушка! Мать твою, воин! А ты ничего не попутал? – вывел меня из размышлений голос младшего сержанта Федорова.

Я ненавижу этого человека всеми фибрами своей души. Он с первого дня на меня взъелся! Та еще тварь, здоровый, бестолковый, вместо мозга одни мышцы, только и делает, что всеми командует и перед начальством выслуживается, козлина.

— Ты чего, охренел, сидишь тут? У тебя задача какая была? – влетев в курилку, начал давить он на меня своим басовитым голосом.

— Аллею подмести. – потупив взгляд и пожав плечами, чуть слышно ответил я.

— Ну и с хрена ли ты тут сидишь? Полупокер! Я тебе это час назад сказал сделать, а у тебя тут даже конь не валялся! А ну, ноги в руки и вперед, пятнадцать минут тебе на все про все, а то я черенок метлы сломаю об твою тупую головушку! – злобно прорычал он.

— Понял, сделаю. – кивнул я.

— Что ты там понял? Ты что, придурок, одолжение мне сейчас делаешь? – взорвавшись яростью, закричал Федоров и, схватив меня за ворот кителя, рванул вверх.