Книга Страх и Голод 1, страница 48 – Константин Федотов

Держа в руках две большие упаковки туалетной бумаги, я хотел было выйти на улицу, но словно почувствовал неладное. Громко топая, замер у выхода из магазина и кинул вперед упаковку бумаги. Едва она вылетела вперед, как в нее дуплетом выстрелил тот самый вооруженный скуф, что прятался за крыльцом.

— Вот ты урод! – закричал я, оглушенный эхом, а еще этот олух стрелял мелкой дробью, из-за чего один ящик с энергетиками, что стоял на крыльце, превратился в дуршлаг, и из него сейчас обильно вытекала и шипела красноватая жидкость.

— Братан, постой! – понимая, что допустил очень грубую ошибку, закричал скуф, поднимая руки вверх.

— Ага, сейчас! – недовольно фыркнул я и, достав пистолет из-за пояса, тут же выстрелил ему в лоб, вышибая мозги. В этот момент к магазину уже мчались «Крузаки», но водители, увидев, что я стою, а их коллега лежит, просто проехали мимо. Стрелять я в них не стал, так как не видел смысла тратить патроны, но на будущее надо будет учесть, что если при следующей встрече они будут при оружии, то сразу попытаются меня завалить.

— Зря ты полез! – покачав головой, сказал я, глядя на скуфа, и приступил к погрузке добычи в пикап.

22 июля. г. Подольск. Городская больница. Хирург Борисова Елизавета Станиславовна.

Всю жизнь ненавидела фильмы ужасов, особенно про убийц и маньяков. Меня всегда пугал вид крови и расчлененки, что постоянно служило причиной насмешек со стороны бывшего мужа и сына. Ну да, я хирург и все это не только регулярно вижу, но и сама кромсаю людей. Но это другое, я же их лечу, а не убиваю.

Да уж, вся моя жизнь – абсурд! Я врач, а мой сын в шестнадцать лет стал наркоманом. До безумства любила мужа, а он ушел к другой женщине, причем этой женщиной была моя родная младшая сестра, что презирала его с первого дня знакомства. А теперь еще при всей мой ненависти к ужастикам угодила в самый эпицентр одного из них.

День с утра был напряженным, в больницу поступило множество пациентов с рваными ранами, а затем некоторые из них начали кидаться на персонал. Спустя несколько часов уже и сам персонал, что получил укусы и царапины, сам кидался на еще живых людей. Все это просто невероятно и не укладывается в голове. На моих глазах главврача в буквальном смысле сожрали обезумевшие санитары. Каким-то чудом я добежала до туалета и заперлась в нем и сижу тут, даже дышать боюсь.

На улице уже рассвело, прошло больше суток, мобильной связи нет со вчерашнего дня. Где армия? Службы спасения? Да хоть кто-то? Еще как назло окна выходят на сторону, где сплошной лес, дорогу через него не видно, так бы хоть попыталась подать сигнал, но увы. Еще и третий этаж, не выпрыгнуть, к тому же и под окнами периодически проходят эти зловещие мертвецы.

Я как медик с полной уверенностью могу заявить о том, что это невозможно, с такими ранами люди жить не должны. Даже если упустить момент невероятного сильного приступа бешенства, где пациент полностью теряет контроль над собой. Все равно это нереально, чтобы человек как ни в чем не бывало ходил с рваным животом, из которого торчит кишечник, и с пробитой шеей. А он со вчерашнего дня словно патрулирует под окнами, проходя мимо примерно раз в два часа.

Как же там мой сынок? Димка обещал сидеть дома и никуда не выходить. Хотя он много раз мне это обещал, а когда я возвращалась с работы, квартира была пуста, а порой чего-то в ней не хватало. Электроника, золото, деньги, в общем все, что представляло хоть какую-то ценность, а парня потом находили в каком-нибудь притоне.