Книга В сердце войны, страница 32 – Александр Карпов

— Это же «Клим Ворошилов»! Самый лучший советский танк! – громко проговорил танкист, с улыбкой глядя на мальчика.

А с крыши башни гигантской боевой машины, в реве мотора грозил ему кулаком серьезного вида боец в комбинезоне и танкошлеме на голове.

Витя обернулся. Его в данный момент уже не волновало возможное преследование его старшиной. Он переживал за судьбу пойманного друга и очень надеялся, что шустрому и ловкому Цыгану все же удастся вырваться и сбежать от сурового военного. Еще он сильно хотел, чтобы друг обязательно увидел этот большой танк, который больше тех, что они уже видели около получаса назад. Витя взволнованно озирался по сторонам, желая непременно рассмотреть гигантского «Клима Ворошилова» вместе с товарищем. Но, едва он снова обернулся, как вздрогнул от нового рева мощного двигателя, выбросившего в воздух поток раскаленных газов. Танк, загремев сталью подвески, дернулся на месте, потом начал вращать одну гусеницу, вырывая второй, стоявшей неподвижно, комья земли и грязи. Он еще раз дернулся и пополз вперед.

Витя еще раз обернулся, пытаясь разыскать глазами пропавшего друга. Но того нигде видно не было. Решив, что сам может попасться в руки старшины или еще кого-либо, мальчик не стал стоять на месте. Он обежал вокруг стоявших на погрузку грузовых машин и выскочил на группу людей в военной форме, собравшихся возле одного из танков. На появление ребенка, никто из них не обратил внимания. Все стоявшие внимательно слушали одного невысокого худого человека с вытянутым лицом. В этой группе Витя увидел того самого капитана, которого они с Цыганом преследовали до самой привокзальной площади. Тот стоял позади выступающего и внимательно его слушал. Мальчик осторожно обошел всю группу и еще раз обернулся, стараясь обезопасить себя от внезапного появления строгого старшины. Он медленно провел глазами по штабелям из ящиков, скоплению бочек, от которых пахло бензином и соляркой, нескольким груженым машинам, пытаясь отыскать Цыгана. Взгляд его на мгновение коснулся того самого худого военного с вытянутым лицом. Мальчик начал разглядывать его.

Опрятная форма, ровная красивая комсоставская фуражка, рука с часами на запястье, выводившая что-то, видимо, на разложенной на броне танка карте.

— Полковник! – тихо прошептал сам себе Витя, увидев на петлицах военного по четыре «шпалы».

Когда-то отец научил его разбираться в воинских званиях. Мальчику не раз с тех пор удавалось блеснуть перед своими друзьями познаниями, никому из них на тот момент не доступными. И даже самый шустрый друг Цыган не мог ничего противопоставить знаниям Вити и очень завидовал тому, что его отец – военный человек. До сих пор на полке в доме стояла книжка с вложенным в нее свернутым вдвое тетрадным листком, на котором рукой отца были старательно нарисованы карандашом знаки различия военнослужащих Красной армии. Много раз мальчик доставал потом этот листок из книги, разворачивал его и по слогам читал сделанные печатными буквами надписи под изображенными петлицами…

— Поэтому я считаю, что как минимум две танковые группы на «тридцатьчетверках» должны немедленно убыть в сторону Орла для проведения разведки. –  Полковник отвлекся от лежавшей на броне танка карты и посмотрел на стоявших рядом командиров. –  Одну группу возглавит капитан Гусев, а вторую – старший лейтенант Бурда. В каждую группу должно войти не менее роты танков с десантом пехоты на броне.