Книга В сердце войны, страница 156 – Александр Карпов

Витя вспоминал все, что когда-то слышал об этом, и анализировал те запомнившиеся ему мгновения, когда он видел Токмакова в штабе, сидящего за своим столом с видом человека, пребывающего в состоянии глубокой печали. Заметив мальчика, комбат что-то прятал в своих вещах, несколько раз глубоко вздыхал и начинал старательно делать вид, что у него в данный момент все в порядке и он готов командовать своими людьми. Витя понимал, что в такие моменты он вспоминал о своей семье и грустил.

Наконец он услышал голос и шаги Токмакова, приближавшиеся к кабинету, и поспешил занять место в центре помещения в ожидании получения очередного боевого задания на доставку донесения в одно из подразделений батальона.

Впервые за почти два года службы выделенная в этот день специально для него – пусть и самая потрепанная, самая изношенная и старая машина в части, но с водителем – полуторка остановилась недалеко от двухэтажного кирпичного здания, вокруг которого шла суета разного рода людей в военной форме. Входили и выходили офицеры, которых у дверей встречали часовые. Подъезжали и отъезжали всевозможные автомобили, от грузовых отечественных «ЗИСов» и ленд-лизовских «Студебеккеров» до легковых «эмок» и трофейных «Опелей». Солдаты восстанавливали ту часть здания, что была частично разрушена в результате боев, поправляли кладку и вставляли окна в пустые проемы. Другие что-то копали и переносили на носилках грунт. Третьи разгружали машину.

— Прибыли, товарищ ефрейтор, –  доложил шофер и полез в карман штанов за кисетом, одновременно меняя официальный тон на обычный, что был более привычен в общении для них обоих.

— Я, Витька, тебя здесь подожду. Иди, докладывай начальству.

Мальчик покинул кабину машины. Поправил на себе одежду, подтянул ремень, сдвинул на лоб шапку и, прижав к левому боку бумажный сверток с донесением от комбата, направился к входу в здание. Выслушав цель прибытия, его пропустили внутрь, с любопытством глядя вслед. Дежурные офицеры с удивлением смотрели на маленького, совсем юного солдата, имевшего очень серьезный и уверенный в себе вид, вооруженного настоящим автоматом, висевшим на ремне у него за спиной. Аналогично на него посмотрели и те, кто встретился ему на пути и кому он отдал честь, делая это как бывалый военный. Он поднялся на второй этаж, куда ему было указано, и, войдя в один из кабинетов, доложил сидевшему за столом старшему лейтенанту, к кому и для чего он прибыл. Одарив Витю легкой ухмылкой и удивленным взглядом, офицер удалился на несколько секунд за дверь, что была слева от него. После чего он широко открыл ее и пригласил мальчика внутрь, освободив для него проход и сказав:

— Вас ждут.

Витя вошел в большую светлую комнату, в воздухе которой он почувствовал легкий запах спирта. У противоположной от входа стены стоял огромный стол, за которым сидел сурового вида плотный широколицый полковник в кителе, с несколькими боевыми орденами на груди. При появлении юного бойца он поднял голову, оторвавшись от чтения документов, и изобразил искреннее удивление на лице, неожиданно увидев перед собой столь необычного солдата.

Войдя в помещение, Витя бегло осмотрелся и, зафиксировав взгляд на офицере, бойко, громко и четко доложил ему заранее отрепетированную в пути речь, в которую нужно было вставить только звание человека, кому будет адресован доклад. Он безукоризненно исполнил то, к чему готовился почти всю дорогу, от чего сидевший за столом полковник сначала встал, а потом и вовсе подошел к мальчику. Он начал разглядывать его с искренней улыбкой и выражением восхищения на лице. Глаза офицера горели. Лицо покрывалось легким румянцем. Он невольно засмеялся, когда взгляд его остановился на серьезном и не по-детски строгом лице Вити.