Книга В сердце войны, страница 116 – Александр Карпов

В ответ Витя так сильно кивнул, что чуть не уронил с головы пилотку, которая была ему не по размеру. Аксенов еле заметно улыбнулся, простив мальчику не уставное общение с воинским начальником. Капитан обладал немалым чувством юмора и с трудом сдерживал улыбку и смех, видя чрезмерно сосредоточенный вид малолетнего солдата.

— Назад идти тем же маршрутом, которым поведет Крылов своих бойцов. На пути будет большое поле. Оно заминировано. Его нужно обойти стороной. Понятно? – несмотря на серьезный тон, с каким капитан проводил инструктаж, он улыбался и, чтобы мальчик этого не заметил, прикрыл рот ладонью.

Витя снова кивнул ему, но теперь уже не так резко. Однако пилотка на его голове снова съехала ему на лицо, закрыв глаза мальчику.

— Идите, рядовой Осокин, –  сказал капитан и отвернулся, чтобы спрятать усмешку, которую не в силах был сдерживать на лице.

— Слушаюсь! – выпятив вперед худенькую грудь, выпалил Витя и, отдав честь, повернулся в сторону выхода.

На опушке старший сержант Крылов, построив с десяток бойцов, ставил им боевую задачу. Он заметил стремительно бегущего в его сторону мальчика и указал ему жестом занять место крайнего в строю. Витя моментально исполнил это, заметив, что у каждого в шеренге солдата за плечом висит винтовка, а в руках часть из них держит шанцевый инструмент. Наличие оружия вселило в ребенка уверенность, что задача действительно будет боевой. Но вид лопат, кирок, топоров и пилы, поставил его в тупик.

— Рядовой Сафронов, передайте рядовому Осокину его инструмент! – громко произнес Крылов, после чего стоящий рядом с Витей невысокий белокурый боец услужливо протянул ему большую для роста мальчика лопату.

Ребенок взял ее и встал с ней так, как видел стоящих в строю с инструментом в руках бойцов.

— Направо! – раздался командный голос помкомвзвода Крылова. –  Шаго-ом! Марш!

Повернувшись, бойцы зашагали в указанном командиром направлении.

— Осокин, не отставать! – приободрил старший сержант Витю.

Вереница солдат быстрыми широкими шагами стала преодолевать перелески и поляны, стремительно карабкаться на невысокие склоны и холмы, в изобилии присутствующие в этой местности. Темп движения был довольно высоким. Отчего еще не набравшийся сил после пребывания в оккупации ребенок начал заметно отставать. Пот градом лился по его лицу. Большая, не по размеру головы пилотка постоянно сползала то на затылок, то на лоб мальчика. Он тяжело дышал, широко открыв рот. Спотыкался, валился на бок, но снова вставал и бежал вперед, стараясь не отставать от впереди идущих. Из глаз его уже бежали от отчаяния слезы. Он начинал проклинать и капитана Аксенова, и поставленную им боевую задачу, и старшего сержанта Крылова, не сделавшего скидку ребенку на его физическое состояние, и тяжелую лопату, которую он уже просто волок за собой и постоянно ронял.

— Не отставай, малый! – подгонял Витю рядовой Сафронов, который больше всех видел в данный момент страдания мальчика.

Пожалев его, он выхватил из его рук лопату и пошел чуть впереди, стараясь не выпустить из виду основную группу.

— Стой! Привал! – раздался где-то в стороне голос помкомвзвода Крылова. –  Рядовой Сафронов, верните инструмент рядовому Осокину.

Строгий взгляд старшего сержанта заставил бойца немедленно выполнить его приказ. Он положил лопату рядом с Витей, который в бессилии упал на траву, переводя дыхание. Он лежал на боку, не поворачиваясь к остальным, чтобы не показывать своей слабости, чтобы никто не видел его слез, что в изобилии текли по его лицу. Ему не хотелось вызывать жалость к себе, к которой он не привык, а даже скорее отвык за то время, что провел под гнетом гитлеровцев. Но, несмотря на это, громкое всхлипывание и частое дыхание стало слышно всем вокруг. Искоса поглядывая на своего командира, бойцы, про себя ругая его, стали медленно подбираться к маленькому солдату. Крылов, демонстративно, чтобы сохранить свой авторитет начальника, отошел в сторону, на ходу громко крикнув бойцам: