Книга Семнадцатилетний генерал, страница 53 – Александр Карпов

— А ну-ка, щенок! – вывел его из раздумий громкий голос Хряка.

Тот появился неожиданно откуда-то сзади. Крепко схватил юношу за рукав куртки и поволок за собой по обочине дороги. Остановился он только возле ехавшей следом за людьми телеги, груженной тюками, вещмешками и чемоданами невольников.

— Привяжу тебя к ней для надежности, – прошипел Хряк и перекинул конец веревки, с одной стороны крепко привязанный к раме повозки, – чтоб не сбежал никуда. А то пока за всеми углядишь, так и главного упустишь. А так ты никуда от меня не денешься. Да и пристрелить легче будет в случае чего.

Привязав Алексея за руки к телеге, Хряк заулыбался во всю ширину своего рта, растянув его в страшной гримасе.

— Что же ты ему такое сделал, если он тебя выделил из всех да связал, словно теленка? – спросил побежавший к Алексею Петр, когда полицай удалился от них на приличное расстояние.

— Вот поэтому путь у меня теперь только один – в партизаны! – тихо проговорил юноша, отвечая товарищу на его вопрос.

— Ничего, – прошептал тот. – Как только удобный момент представится, я веревку эту перережу. Ножик я с собой острый прихватил. Как раз для такого случая сгодится. Вместе и рванем в лес. Через километр-другой партизанские места начинаются. Они там уже отметили себя и на людях когда-то показались. Не пропадем.

От этих слов Алексей повеселел. Петр казался ему опорой в задуманном деле. Оставалось только дождаться, когда дорога начнет петлять в лесу через плотные и густые заросли. Тогда они с новым другом используют свою ловкость и скорость в движении и умчатся в глухую чащу, где их не сможет ни нагнать, ни поразить меткой пулей Хряк и его помощники.

— Пойду по его следу. Погляжу, где он сейчас, – продолжил Петр. – Если далеко, то сразу назад. Режем веревку и за следующим поворотом в кусты. Там за ними овраги должны начинаться, по ним легче будет уйти.

Алексей радостно закивал в ответ. Его план начинал сбываться в тот самый момент, когда должен был разрушиться.

Неожиданно где-то впереди, а потом и по сторонам, затем сзади и наконец повсюду загрохотали выстрелы. Спустя секунды они слились в единую, почти непрерывную оглушающую трескотню. Били, казалось, из всех видов оружия. Гремели винтовки, карабины, автоматы и пулеметы. Почти сразу эти звуки стали смешиваться с криками и воплями идущих в колонне людей. Все одновременно начали кричать от неожиданно навалившегося страха. Над головой Алексея автоматная очередь сбила несколько веток с дерева. Девушки, что шли следом за телегой, к которой он был привязан, сначала сели на землю, с ужасом озираясь по сторонам, а потом закричали от страха. Часть из них устремилась в лес.

Алексей присел на корточки и начал интенсивно вертеть головой в поисках Петра и тех, кто открыл огонь. Вокруг царила неразбериха. Хозяин повозки склонился к голове лошади, пытаясь успокоить ее, но та сначала резко дернулась на месте, а потом стремительно побежала вперед, уводя за собой телегу и привязанного к ней за руки Алексея. Сделав всего несколько шагов за ней, тот упал на землю и уже приготовился к худшему. Лошадь должна была его тащить волоком прямо по траве и грунтовой дороге. Но этого не произошло. Чья-то пуля сразила несчастное животное, которое повалилось на бок и начало дергаться в конвульсиях. Ее хозяин кинулся к ней, еще не понимая, что произошло.