Книга Атака вслепую, страница 44 – Александр Карпов

— Мы их не тронем, – продолжал Егор. – Аккуратно проползем по кромке. А вешки фрицы для своей разведки выставили, чтоб свои не напоролись.

— А дальше? Дальше мины есть? – спокойным голосом и с таким же, как и всегда, выражением лица снова спросил Клюев, поражая опытного разведчика своим интересом к тому делу, в котором им предстоит скоро участвовать.

— За первой линией все минные поля. Это точно, – ничуть не сомневаясь в своих словах, произнес Егор и поднял взгляд в сторону горизонта, где простилалась территория, контролируемая врагом. – Фрицы полтора года уже тут стоят. Окопались основательно. Глубину обороны выстроили по всем правилам. Впереди, под нашим носом, особо не поработаешь, мы сразу это дело пресекаем. А вот дальше, куда мы заглянуть не можем, они делают что хотят. – Егор нахмурился, вспоминая события последних месяцев, проведенных на передовой. – Мы не раз уже атаковали. Все пытались наступать. Взламывали оборону. Но дальше первой, второй линии так и не заходили. Туда они нас легко впускали, особо не сопротивлялись. А вот дальше словно стена из огня. Там уже и минные поля, и заслоны, и доты, и дзоты. Дойдем до них, народу положим, выдохнемся и все, назад катимся. Так и воюем второй год.

Клюев, со своим неизменно спокойным, невозмутимым выражением лица, излучавшим не то полное равнодушие к происходящему вокруг него, не то стойкость к любым событиям, творящимся рядом, вызывал у Егора интерес. Клюев не смеялся, когда веселились другие. Не злился, когда невозможно было не гневаться. Не показывал вообще какой-либо активной реакции при всем, что хоть немного будоражило остальных.

Клюев одновременно притягивал к себе своим спокойствием, немного пугал, но не отталкивал, а потому не раздражал и вписывался в среду разведчиков. Он, находясь возле Егора с целью изучения коридора для прохода в тыл противника, задавал исключительно нужные, емкие и короткие вопросы по существу. Не спрашивал ничего лишнего, не интересовался ничем, кроме предстоящего дела.

Немало вопросов возникло у Егора, как у непосредственного командира солдата Клюева, по поводу безразличия к своей собственной судьбе. Вылазка в расположение сил противника предстояла быть таковой, что впереди почти не проглядывался хоть какой-нибудь шанс на успешное возвращение разведчиков обратно. Все указывало на дорогу в один конец, на верную гибель, на занесение в списки пропавших без вести. Клюев это уже слышал, все понимал, все видел сам, но опять никак не реагировал. Ни один его мускул, ни один нерв не дергался при любом упоминании деталей будущей вылазки. Казалось, что его вообще ничто не пугало.

— Страшно вам? – решил в лоб задать Егор вопрос, который очень его интересовал, невольно для себя назвав на «вы» того, кто был заметно старше по возрасту.

Клюев после слов командира отделения глянул в его сторону все так же равнодушно и отвел взгляд.

— А вы, Егор Иваныч, – начал он, – ненамного младше меня. Наверное, и семья уже есть? Жена, дети?

Щукин не удивился такому ответу. Он уже не раз сталкивался с тем, что ему давали на вид куда больше лет, чем было на самом деле. Война творила свое дело. На фронте, в пылу сражений, в огне, в боях, многие быстро старели.

— В мае двадцать. Семьи нет. Перед войной два курса техникума окончил, – ответил Егор и посмотрел на Клюева, следя за его реакцией.