Книга Воскрешая прах и пепел, страница 31 – Эмма Райц

Тигран был спокоен, расслаблен, ел с большим аппетитом и понимающе улыбался Марине.

* * *

Дни на яхте в замкнутом кругу общения текли один за другим. Атмосфера постепенно выровнялась, хоть и не стала по-настоящему дружеской. Софи чаще молчала, лишь изредка включаясь в беседу. Зато она много и внимательно слушала, а заодно следила за реакциями, жестами, взглядами. И все чаще задумывалась о том, как дружны Николай, Марина и Тигран. Они могли иногда пару часов к ряду увлеченно говорить втроем, пока Марго в ее излюбленной манере иронично усмехалась.

Но чаще в разговоре все-таки участвовали все. Даниил саркастично подстегивал Марину, и та искусно отвечала на каждый его выпад или в шутку обижалась, забывая о своем недовольстве уже через несколько минут.

Марго делала то же самое, но в отношении Николая и Тиграна. И если первый глупо хихикал и махал рукой, то ее муж почти всегда реагировал так, будто Марго была обречена отработать свои шуточки после ужина. Правда, из их каюты Софи ни разу не слышала стонов или возбужденной речи, но не верила, будто такая горячая женщина, как жена Тиграна, могла заниматься сексом молча.

Реже всего на палубе и за столом сталкивались остроумия Даниила и Марго. Но когда это происходило, никто не мог предугадать, чем закончится их диалог, кто выйдет победителем.

— Давно пора признать, что Европа так и останется ведомой Штатами. Мы в отдаленной перспективе не можем предложить ей ничего взамен. Только углеводороды, и те скоро станут не актуальны.

— Выгода бывает разной. И не всегда видна на поверхности. Европа сейчас похожа на Древнюю Русь со своими междоусобицами. Вот только русские князья из двух зол выбрали самое безобидное. А Европарламент яйца так и не отрастил.

— Странная аналогия, – скептически хмыкнул Волохов.

Марго пожала одним плечом:

— Думаешь? С востока требовалась лишь дань. Им было все равно, как и чем живут суровые, но такие недружные русичи. А Запад жаждал обратить их в свою веру. И что же происходит со старушкой Европой?

Волохов прищурился, понимая, к чему вела Марго.

— Мы плевать хотели, как они там живут. Кто кого и в какие отверстия имеет. Держите газ – гоните евро. Зато Штаты со своей священной псевдодемократией и новыми всепрощающими и всепринимающими ценностями активно разлагают общество, дробя его на меньшинства, стирая понятия семьи, материнства, самоопределения… И Европа с удовольствием впитывает эту дрянь, превращаясь в многоголового монстра, который сам себя однажды погубит.

— Думаю, они не совсем дураки.

— Подозреваю, они тоже так думают. Только этого недостаточно.

— В любом случае, имей мы такое же влияние на Европу, как США, тоже не ограничились бы товарно-денежными отношениями.

— И чем бы мы их нагрузили в довесок? Времена Советского Союза с его жесткой идеологией и пропагандой коммунизма позади. А новой уникальной идеи у нас так и не появилось.

Волохов, не горя желанием сильнее напрягать мозг в сторону геополитики, побежденно поднял руки вверх:

— Твоя взяла.

Марго игриво вскинула брови и надела темные солнцезащитные очки, отпив минеральной воды из высокого бокала.

— Давно ли наша императрица фитнеса так хорошо разбирается в подобных вопросах? – прыснул Панкратов.

— А что тут сложного, властелин алюминия?