Книга Воскрешая прах и пепел, страница 154 – Эмма Райц

— Я знаю.

— Я ничего тебе не скажу, Даниил. Мы и так никогда не были друзьями, а уж после твоей убогой выходки, унизившей Марго, я и вовсе вправе начать полномасштабную вражду.

Волохов тоже приподнялся и протянул Тиграну папку:

— Я готов взять в работу твои дела. Особенно те, по которым недавно вынесли хреновые решения. Я знаю, как их выкрутить в плюс.

— То есть ты решил меня купить?

— Называй, как хочешь. Но, став твоим адвокатом, я буду обязан хранить все сказанное тобой в тайне. В том числе и то, что ты мог бы поведать мне о Марго. Потому что… Потому что я хочу как минимум увидеть ее.

Тигран медленно листал комментарии Даниила по свежим решениям суда. Внутри него боролись уязвленная гордость и суровое понимание, что проигрыши сулили ему значительные финансовые и административные сложности в ближайшие пару лет.

— И зачем ты хочешь увидеть ее?

— Извиниться. Ну и… – Волохов отвел взгляд и как-то неопределенно повел плечом.

Алумян долистал бумаги до соглашения о сотрудничестве и, бегло читая формулировки пунктов, начал ставить свою подпись внизу каждой страницы:

— Она не любит «Картье».

— Что?

— Марго. Не любит «Картье».

— М-м-м… Учту. А что она любит?

— Что-то нетривиальное.

— Еще подсказки?

Алумян покачал головой:

— Я не собираюсь упрощать твой путь.

— И на том спасибо. Завтра к обеду я пришлю двух сотрудников за материалами дел. Подготовьте опись заранее.

— Хорошо. Но я смогу перечислить аванс не раньше пятницы.

— Как-нибудь продержусь.

Они помолчали с минуту. Потом Тигран встрепенулся:

— Выпить не желаешь?

— Я за рулем.

— А я вот не откажусь. – Он неспешно подошел к бару, все еще обдумывая то, что намеревался рассказать, достал стакан, плеснул порцию виски и закинул пару кубиков льда.

— Неужели все настолько драматично?

— Просто история долгая.

— Для чего же тебе понадобилось прикрытие в виде Марго? – Волохов взял из рук Тиграна бутылку питьевой воды и загадочно усмехнулся.

— Ты невыносим.

— Я адвокат, быть невыносимым – часть моей работы.

— Нет, Волохов. Я не гей. И, слава богу, не импотент.

— Ну намекни. Ты же сам тогда сказал, что я, как никто, умею хранить грязные секреты. Свои и своих клиентов. Теперь ты один из них.

— А ты говорил, что грязных секретов у тебя нет. Хотя дал фору, кажется… кажется, всему городу.

— И это тоже. Часть моей работы.

Тигран отпил алкоголь и растер висок.

— Марина Панкратова.

Волохов от удивления моргнул:

— Ты… Тебе нравятся дамы постарше?

— Нет, мне нравятся дамы… повластнее.

Даниил опустил взгляд, постепенно соображая…

— Она твоя госпожа?

— Да.

— А Панкратов ею что прикрывает?

— Ничего. Нас у нее двое.

И тут до него дошло:

— М-м-м… Поездка в университет и внезапная поломка машины.

Тигран кивнул:

— В университет мы съездили, но решили задержаться и развлечься без твоих параноидальных взглядов.

— И Марго знала?

— Естественно.

— Все это время? Ваш брак с самого начала был твоей ширмой?

— Не только моей. Нашей с ней общей… Я же сказал, история долгая.

* * *

— На свое тридцатипятилетие я закатил грандиозную вечеринку. Денег потратил столько, что страшно вспоминать. Снял загородный клубный отель и позвал всех, кого только знал. Ваша с Софией костюмированная свадьба в сравнении с моим юбилеем – просто скромное семейное застолье.