Книга Разрушитель проклятий, страница 138 – Эмма Райц

Фенрир удивленно улыбнулся, а Лея продолжила цедить вино. После завершения церемонии открытия многие из присутствующих потянулись к Самохину с поздравлениями. Он беспомощно улыбнулся Лее, и она по-свойски махнула ему ладонью.

— О, Давыдов! Тебя каким ураганом занесло? – Тяжелая пятерня хлопнула закатившего глаза Фенрира по плечу. – Ты ж не фанат вроде?

— Привет, Миш.

Михаил Гончаров руководил одной из дочерних компаний металлургического холдинга своего отца и, к неудовольствию Андрея, почему-то решил, что после двух совместных тусовок они стали друзьями.

— А где…

— Знакомься, – не дав ему спросить о какойлибо девушке – а Фенрир уже и не помнил, с кем присутствовал на тех сборищах – он перевел внимание Гончарова в другое русло: – Лея Поталина. Лея, это Михаил Гончаров, гендир «МетАльянса».

— О… – высокий жилистый блондин от неожиданности не сразу подобрал слова: – Добрый вечер…

— Здравствуйте, Михаил, – царственно улыбнулась Лея.

— Погодите. А вы и есть та самая Лея Поталина?

— Весьма вероятно.

Андрей прыснул в кулак и отвернулся. Однако Гончаров бессовестно продолжал нарушать правила хорошего тона:

— А вы с Давыдовым того…?

— Лея – моя ключевая клиентка. По вопросам, связанным с бизнесом ее покойного отца, – Фенрир ответил будто бы нехотя и все это время смотрел в сторону, стараясь скрыть эмоции.

— Ммм… Ясно.

— Михаил, если честно, мне немного неловко, но Андрей, несмотря на мои протесты, вызвался сопроводить меня сюда, хотя действительно не является фанатом современного искусства. Я в Москве ненадолго и с большинством из знакомых, увы, потеряла связь, – Лея спокойно подыграла Фенриру. – В этом плане Андрей – истинный джентльмен.

— Андрей? О, да… – хохотнул Гончаров, но тут же откашлялся под опасным прищуром Давыдова. – Лея, вы планируете что-то приобрести? Я, например, готовлюсь к юбилею отца, и сегодня у меня буквально глаза разбегаются от количества собранных Самохиным шедевров.

— Я пока не определилась. Мы только пришли…

Голубые глубоко посаженные глаза Михаила оценивающе скользнули по стройной фигуре Леи, утянутой в черное вечернее платье с глухим воротом и открытой спиной. На языке Андрея вертелась парочка мужских грубостей, но он изображал полнейшее равнодушие.

— Ну, раз уж мы встретились, – Гончаров мельком глянул на друга и легким движением руки уложил ладонь изумленной Леи себе на сгиб локтя. – Я покажу вам то, что мне больше всего понравилось. Вдруг вы поможете выбрать?

Лея, повернувшись к Андрею, вопросительно вскинула брови, но тот демонстративно небрежно пожал плечами и пошел следом за ними, подхватив с подноса официанта запотевший стакан виски. Неожиданный интерес Гончарова к Лее раздражал его до зубного скрежета, и когда Фенрир понял, что Михаил уверенно разбирался в культурных трендах и веяниях, знал имена и лучшие работы современных художников и активно поддерживал диалог с Леей, то споря, то горячо соглашаясь, руки зачесались отпихнуть этого хлыща со своей территории и поскорее увезти Лею на обещанный десерт.

— Боже, как я счастлив наконец-то встретить человека, который тоже понимает, что Гжегож Чорски – это просто хайповый проект, а не новый гений!

Отвернувшись к очередному полотну, Андрей скривился и беззвучно передразнил Гончарова.