Книга Коллекционер ошибок, страница 82 – Эмма Райц

— Спасибо!

Ужин прошел в тишине и без особого удовольствия. А к принесенному после горячего блюда штруделю, с дьявольски притягательным ароматом корицы и изящно подтаявшим шариком сливочного мороженого, Лера в итоге даже не притронулась, выпив заказанный эспрессо двумя глотками.

— Что? – заметив на себе пристальный взгляд Морока, она невольно поежилась.

Серо-голубые глаза с капелькой золота задумчиво опускались по ее лицу, задержались на губах, на долю секунды коснулись декольте и, моргнув, устремились к ночному небу.

— Ничего. Ты была права. Нам противопоказаны совместные приемы пищи.

— Нет, Денис. Нам противопоказано говорить о прошлом.

— Как скажешь.

Вернув Пики домой, Морок ехал к себе, опасно нарушая скоростной режим и через раз игнорируя сигналы светофоров. Ему хотелось рвать и метать. Давно дремавшее на дне сознания бешенство вдруг вспыхнуло ледяным пламенем.

Стоило признаться самому себе, что вконец устал от одиночества и собственноручно созданного прижизненного ада, что увидел в Лере ту, рядом с которой с новой силой захотелось жить и просыпаться по утрам не с тяжелыми мыслями самобичевания, а с желанием надышаться кислородом допьяна, как все пошло по одному месту…

От гневных мыслей Дениса отвлек звонок.

— Да, Макс.

— Мне тут птичка напела… Ты снова позвал Лерку на свидание? – после возвращения Андрея Давыдов-старший повеселел, и его голос в динамике звучал крайне жизнерадостно.

— На ужин.

— И как? Можно поздравить?

— Нет.

— А что так?

— Посмотри на календарь.

— Э… Смотрю. И?

— И отсчитай четырнадцать лет назад.

— Блин…

— Скажи мне, что я дебил.

— И ты в итоге даже не признался?

— А смысл, Макс? Она готова отпустить прошлое не больше чем пять лет назад.

— Вдруг бы твои слова заставили ее задуматься?

— Мои слова заставили бы Леру разве что выгнуть свои чертовы брови и начать избегать меня.

— Ты слишком пессимистичен!

— Я просто… Не знаю. Не хочу потерять близкого человека. Вас и так можно по пальцам одной руки пересчитать.

— Блин. И как ты теперь?

— Никак. Перетерплю. Перешагну и пойду дальше. Один, значит, один. Я привык.

— Жаль…

— Похер. Закрыли тему.

Неделю спустя Фенрир и Сатир наконец-то услышали от лечащего врача долгожданное: «Завтра утром готовьтесь к выписке!» А их смартфоны почти одновременно звякнули с уведомлениями о выплате за поездку в Сирию.

— Нормально… – хмыкнул Константин. – Я уже и забыл, какие приятные бонусы прилетают за наемничество!

— Да? Погнали еще разок слетаем! – хохотнул Андрей.

— Да пошел ты. Никакие миллионы не стоят риска бесславно сдохнуть вдали от родины.

— А мне понравилось.

— Ой, да вали куда хочешь. Только батьке своему не забудь прикупить заводик по изготовлению успокоительного. Он же тут всех достал своим нытьем.

— Не напоминай… – Андрей еще не был морально готов к разговору с отцом о продолжении своей карьеры.

После ужина к ним заглянула та самая медсестра, и Фенрир с понимающей ухмылкой услужливо вышел из палаты. Пройдя по указателю, он оказался в небольшом холле с двумя диванчиками, кофейным аппаратом и телевизором. Усевшись со стаканом американо, он открыл чат с Лолой:

Завтра меня выписывают. Приедешь?

Супер! Непременно.

Пришли еще пару фото.

Сладкий, я тружусь… Хожу под ручку с Васильевым на унылом банкете.