Книга Коллекционер ошибок, страница 55 – Эмма Райц

— Фенрир, ты – туда! На крышу.

— Понял, – кивнул Андрей, стирая пот с лица. На его плечах было почти восемьдесят килограммов груза, но жаловаться на дискомфорт он не хотел.

— Я буду… – Сатир быстро огляделся, прикидывая углы обзора. – Вон в том цоколе. Не тормози, четко выполняй все, что я скажу. Тогда есть шансы дня через два рухнуть в московские сугробы.

— С удовольствием.

Внедорожник «Феникса» сиротливо стоял посреди небольшой площади, наполовину заваленной обломками бетонных плит и деревянных перекладин. Три из четырех выездов были заблокированы. Сатир рассчитывал заманить в ловушку хотя бы два из трех «Ягуаров», чтобы лишить противника численного преимущества.

Самой рискованной была позиция Кнута. Но и его потеря приносила меньше всего проблем.

Константин каждой мышцей ощущал забытые после долгих лет спокойной работы нервные импульсы. Мозг работал активно, хоть и не так остро, как пятнадцать лет назад.

«Эх, Джокер. Знал бы ты, какая у меня тут намечается жаркая вечеринка… Прямо как ты любил. Жаль, не сможешь присоединиться…»

— Кнут, Фенрир, активировать невидимки, гости на пороге.

— Фенрир принял.

— Кнут принял.

— Что у вас там случилось? – голос Морока раздался в динамиках в кабинете Макса.

— Ничего хорошего, – буркнул Давыдов-старший. – Почти весь отряд уничтожен.

— Как Андрей?

— Живой. С ним Сатир. И пока еще Кнут.

— В смысле – пока еще?

— Сильно ранен, судя по датчику.

— Видимо, не так уж и сильно, если не ликвидирован…

— Оранжевый.

— Не переживай, Макс. Наличие живого Сатира – гарантия половины успеха. Уж в чем в чем, а в войне он шарит получше большинства солдат на планете.

— Очень на это надеюсь…

— И сына своего со счетов не списывай. Андрей, конечно, сорвиголова, но в таких ситуациях соображает шустро.

— Мне, знаешь, хватило его ныряния в Волгу…

— Тебе – да, а для него это было лишь началом пути.

— И ты туда же…

— Смирись, брат. Твой сын вырос среди наемников. Было бы наивно полагать, что он удовлетворится работой простого телохранителя. Вспомни, как он каждый раз облизывался при виде нового оружия и всяких технологичных военных приблуд. Как просился съездить вместе с нами на выставки. Рано или поздно он бы все равно ушел в наемники. И пусть лучше это будет «Феникс», а не какие-то левые головорезы…

— Тебе легко рассуждать. Вы все так невозмутимо реагируете. Но там не ваши дети под обстрелами. Не твой сын. Не дочь Леры.

— Макс… – Морок иронично вздохнул. – Уверен, у тебя еще будет повод подколоть и нас. Ты же видишь… Мой сын всерьез утверждает, что уйдет в военные хирурги. А Карина… Она же пушку в руках держит чаще, чем тушь для ресниц.

— Ага. И я бы на вашем месте не упускал момент переубедить их в необходимости втягиваться в это дерьмо. Не повторяйте моих ошибок.

— Возможно, ты и прав…

Выглянув на крышу, Андрей недовольно нахмурился: тут не было ничего, чем можно было бы замаскироваться от возможной второй волны дронов или всевидящего ока спутников. Становиться открытой мишенью желания не было.

— Сатир, это Фенрир. Я останусь на верхнем этаже. Крыша голая. Прием.

— Блин. Ладно. Выбери окно с максимальной обзорностью. Прием.

— Принял.

Быстро оглядевшись и оценив обстановку, Андрей подошел к угловому окну и с наслаждением скинул со спины тяжеленный пулемет, снятый с крыши внедорожника. Нужно было поскорее подготовить место для стрельбы. Фенрир закрутил на линзе прицела антибликовое стекло, запустил цифровое наведение, выложил из рюкзака пару запасных лент. Еще раз огляделся.