Книга Лишние люди, страница 13 – Альбина Нурисламова

— Погоди, погоди, сейчас, сейчас, – бормотала она, поднимаясь на ноги.

Оглянулась по сторонам. Персику срочно нужно в больницу, а у нее нет машины. Пока она будет бегать по домам, искать людей в опустевшем поселке, или пока в деревню побежит за машиной, кот умрет.

Взгляд упал на дом Фаины Юрьевны. Не к кому больше обратиться, лишь к заклятому врагу. Она тоже любит Персика, должна помочь. Мысли пронеслись в сознании в одну секунду, ноги сами несли Ларису Петровну к калитке.

— Фаина… Фаина Юрьевна, – захлебываясь плачем, крикнула она. Голос окреп, и она снова позвала: – Выходите! Персик…

Договорить не успела: дверь хлопнула, соседка появилась на крыльце. Увидав рыдающую возле забора Ларису Петровну с котом на руках, мгновенно все поняла. Побледнела, за сердце схватилась, на лице отразилось жгучее страдание, острая, болезненная скорбь, и оно исказилось, сделавшись неузнаваемым.

— Беда у нас, – сдавленно проговорила, – вот беда-то.

От этого «у нас» Ларисе Петровне стало чуточку легче. Все-таки теперь их двое, у кого беда, вдвоем придумают, как быть.

— Он жив, – поспешно произнесла она, и Персик снова подал голос. – Ветеринар нужен.

Фаина Юрьевна не стала тратить времени на слезы и причитания, моментально собралась. Метнулась в дом и вернулась с сумкой.

— Пока стойте тут, я побегу к председателю. У него машина. Заплачу, сколько скажет, довезет нас до города. – Она посмотрела на Персика, прикоснулась легонько, мол, все хорошо, я рядом, а он приоткрыл здоровый глаз, словно давая понять, я, дескать, продержусь, ты уж не подведи. – У меня знакомый ветеринар, будет нас ждать!

Это она прокричала уже на бегу, спеша в сторону председательского дома. И сразу все завертелось, сдвинулось с места в нужном направлении, и Лариса Петровна поверила: Персик будет спасен. Ей бы самой в голову не пришло про председателя, знакомых врачей нет, а Фаина Юрьевна вон как быстро сообразила.

Потом они ехали в город, Лариса Петровна держала кота, словно ребенка укачивала, а Фаина Юрьевна – рядышком, гладила его осторожно, придерживала лапы. Ветеринар был предупрежден, ждал, операционную подготовил.

Фаина Юрьевна рассчиталась с председателем, попросила его присмотреть за домами: соседки все побросали, двери чуть не настежь.

— Вы скажите, сколько я должна за машину, ветеринару, давайте расходы поделим, – заикнулась Лариса Петровна, но Фаина Юрьевна отмахнулась, запретила поднимать тему.

Операция длилась два часа; ветеринар, молодой мужчина в очках, с каштановыми волосами, забранными в хвост, предварительно объяснил, какие у Персика травмы, что он станет делать, но Лариса Петровна почти ничего не поняла. Уяснила лишь, что Персик будет жить, однако глаз спасти не получится, но это ничего, второй-то цел, кот справится.

Два часа, пока шла операция, Лариса Петровна с Фаиной Юрьевной сидели плечом к плечу в коридоре, ждали. Сначала молча, а потом впервые за пять с лишним лет поговорили.

Начала Лариса Петровна.

— Спасибо вам. Если бы не вы…

— Ой, да что там! Это вам спасибо, вовремя заметили, нашли Персика!

Ларисе Петровне стало стыдно: она ведь шла воровать кота. И увезти его хотела, чтобы он ей достался, будто кот – это вещь. Хотя видела, что Фаина Юрьевна его любит, что Персик к ней привязан, к ним обеим, а она себе его забрать планировала. Открыла рот, чтобы повиниться, но соседка опередила.