Книга Ты умрешь в Зазеркалье, страница 124 – Юлия Лист

— Это бесполезно, они убежали по крышам, – сказал полицейский. – Мадрид очень плотно застроен. Они могут бегать друг за другом там наверху хоть весь день. Пока их не поймают, разумеется. Но это будет… э, нескоро.

Послышался звук мотора: их обогнала Зоя на мотоцикле брата и без шлема. Полицейский притормозил, Зоя тоже.

— Что случилось? – перекрикивая тарахтение двигателя, спросила она.

Вера покачала головой, не зная, как объяснить то, чему она стала свидетелем.

Вдруг перед ними возник взмокший и запыхавшийся Эмиль. Откуда он взялся – никто не увидел. То ли спустился с крыши, то ли повернул из-за угла.

— Я его упустил, – выдохнул он, шлепнув обе ладони на капот полицейской машины. Вера даже изнутри салона слышала, как шумно и тяжело он дышит. С его лба ручьями стекал пот пополам с грязью, серая футболка была перепачкана, колени в дымовой копоти. Рукой он сжал левый бок и согнулся пополам, упершись виском в капот. Прорычав что-то, Эмиль опустился на поребрик тротуара. Зоя припарковала возле него мотоцикл и села рядом.

Вера, улыбнувшись полицейскому, поблагодарила его.

— Это была Аска? – спросила она, подойдя к шефу и его сестре.

Полицейская машина отъехала, открыв вид на пиццерию с двумя спаянными дверьми-окнами из темного дерева. Под расписанными дудликами створками был изображен стрит-арт в стиле Уорхола – ярко накрашенная бабулька в огромных розовых очках-сердечках, сложившая губки бантиком, слала прохожим неприличный жест со средними пальцами на обеих руках.

Эмиль поднял на Веру измученный взгляд человека, гонявшегося несколько дней подряд за собственной тенью. Он только что покрыл несколько километров бешеным спринтом по крышам.

— Тебе тоже показалось, что это она?

Вера молча покачала головой, не зная, соглашаться ли.

— Мне кажется, я готов ее видеть в любой подозрительной личности, в любом лице, в любой тени.

— Зачем ты погнался?

— Он дернул от меня, а я – за ним. Сыграл инстинкт охотника.

— Лицо видел?

— Нет, он поднимался с опущенной головой и как только услышал, что кто-то спускается, повернул назад. Я решил, что это он… наш Хави, явился проведать мать.

Эмиль усмехнулся, взлохматив обеими руками волосы.

— Он явился к матери… И не заметил полицейскую машину? Нет, та вроде припаркована далеко от его дома… Он должен был догадаться, что нам известно, где его логово! И мог узнать мой мотоцикл.

— Или все же это была Аска? – сказала Зоя, доставая телефон Эмиля. Он оставил свой гаджет в руках сестры, когда покидал квартиру маньяка. – Не психуй, слышишь? Давай еще раз посмотрим видео.

Она запустила ролик. Вера присела рядом с Эмилем. На экране в ладонь величиной крохотный, как лилипут, Хавьер Барба с отекшим и искаженным яростью лицом набросился на взлохмаченную, зареванную девушку и уволок куда-то вниз. Его взгляд был безумен, бородка всклочена, жилы на лбу вздуты. Возможно, одутловатость и неестественную отечность его чертам придавали медикаменты, которыми он злоупотреблял.

— Он бросил квартиру с матерью, не спрятав своих ноутбуков, компьютера и телефона, – продолжала Зоя. – Он не затер файлы, не зашифровал их, не убрал в облако, виртуальную машину или еще какую-то дыру. В его берлоге все выглядит так, словно он покинул ее внезапно, не по своей воле. Даже аромасвечи все сгорели до дна.