Книга Ты умрешь влюбленной, страница 103 – Юлия Лист

Она обернулась на соседнюю дверь, которая была распахнута. Возле по-прежнему дрожала Дениз. Заглянув в комнату, Вера ахнула – на полу у кровати ничком лежал дядя Филипп. Мертвый. Его тело утопало в темной луже крови, успевшей подсохнуть по краям.

Ксавье все еще перегораживал Эмилю дверь в свою комнату. Но тот долго вежливость проявлять не стал, ткнул упрямца ребром ладони куда-то под основание шеи – Ксавье сложился пополам, зажал обеими руками нос и, согнувшись в три погибели, понесся к ванной.

Эмиль повернулся ко всем, кто стоял в коридоре, и велел не пересекать порога. Он обошел спальню, сбросил на пол подушки и покрывала, оглядел стены, стеклянный столик, на котором были свалены вещи Ксавье и большая упаковка влажных салфеток. Достал телефон и начал фотографировать все подряд.

Из ванной доносились стоны.

Сильвия не выдержала и прошла мимо Эмиля к сыну, которому явно была нужна помощь. Вера скользнула за ней. Ксавье стоял, наклонившись над раковиной, и зажимал нос ладонью, между пальцами текла кровь, ее уносило в слив с водой, белая чаша забрызгана розовыми и бордовыми каплями. Сильвия протягивала ему полотенце. Ксавье выключил воду, взял полотенце и прижал его к носу, запрокинув голову.

Эмиль зашел следом, подцепил двумя пальцами крышку корзины для грязного белья, ухмыльнулся с видом комиссара Коломбо, нашедшего улику, и перевернул ее.

Из корзины посыпались окровавленные полотенца, рубашка, платки, салфетки, клочки туалетной бумаги.

— Это любопытно, – он посмотрел на всех, приподняв бровь, – если учесть, что в соседней комнате лежит труп в луже крови.

Ксавье, казалось, был удивлен, он медленно отнял от лица полотенце, из носа к усам потекли две красные струйки. Он отер их кончиками пальцев, а пальцы о полотенце.

— У меня всю ночь шла носом кровь! – выпалил он, повернулся к матери, изумленно глядящей на него, и повторил жалобно: – У меня всю ночь шла носом кровь!

— Вы мучитесь носовыми кровотечениями? – спросил Эмиль. – Как давно?

— Достаточно! – Он повернулся к Сильвии, веско добавив: – Мама, ты же знаешь!

— В чем причина? Кокс? – сыпал вопросами Эмиль.

— Нервы! – взвизгнул Ксавье, утирая лицо, и бросил короткий опасливый взгляд на возвышающуюся над ним мать, которая стояла с тем же непроницаемым, холодным выражением лица и смотрела на него, поджав рот.

— Это покажет анализ крови, который мы обязательно сделаем по прибытии в Париж. Когда началось? – Эмиль окинул взглядом вываленное на пол белье и мусор.

— Еще в университете! – со стоном проговорил Ксавье, страдальчески изогнув брови, но, перехватив укоризненный взгляд Эмиля, опомнился: – Около двух-трех ночи.

— Предположительно именно тогда и был убит Филипп Ардити.

— Вы можете это выяснить с помощью анализа крови, – парировал Ксавье.

— Вас кровотечение застало во сне?

— Да.

— Врете. Тогда почему постель чистая?

— Я успел добежать до ванной.

— Чушь! Врете. Ваша дверь изнутри и снаружи вся в крови, столик – в крови, на стенах – кровь. А постель – чистая. Результаты анализов мы получим не скоро. Нам сейчас нужно знать, что произошло.

— Произошло то, что у меня шла кровь носом.

— И вы ходили к Филиппу Ардити?

— Нет! Вы меня считаете за идиота, Эмиль Герши? Я убил своего дядю, полагаете? А потом вызвал у себя носовое кровотечение, чтобы скрыть улики?