Онлайн книга «Ты умрешь красивой»
|
Лицо Эмиля стало белее мела, он медленно достал телефон, набрал быстрый вызов. — Я на Пер-Лашез, — коротко сообщил он. — Опять. Его рука опустилась, пальцы сжали телефон так, что довольно крепкая игрушка могла треснуть. Послышался глухой и отдаленный голос Юбера, слов было не разобрать. Эмиль нажал на сброс, прервав судорожное клокотание дяди. — Эмиль, что случилось? — не выдержала Вера. — Это кто-то из ваших родственников? Он не пошевелился. Вера обошла склеп мнимого Жана Живодера и ахнула. На памятнике было черным по белому написано: «Эмиль Герши 1865–1943». Некоторое время она стояла и хлопала глазами, но ее ожидал еще больший сюрприз. Фото на памятнике… Во-первых, ни один памятник и склеп на французском кладбище не содержал такой информации, как фото, максимум каменное изваяние, и то — редко. Овальную фотокарточку обычно вешали на могилах в России. Во-вторых, эта было вырезанное виньеткой лицо Эмиля из той самой фотографии, что Вера видела на столе у Юбера в кабинете офиса сыскного агентства. Она уставилась на черно-белое изображение Эмиля — непривычно кудрявого, со щеками не такими впалыми. — Это что? — Вера в недоумении указала на фото. — Это ты? Это ведь не можешь быть ты? Эмиль молчал, стоя, как истукан. — Ответьте мне! — Что вы хотите услышать? — зло вскричал он. — Что это моя могила? Да! Это моя могила, черт возьми! Я родился в 1865 году, умер во Вторую мировую в Сталинграде, а сейчас вылез из гроба! — Эмиль, но это же чушь… Это ведь ваш прадедушка, да? Он развернулся и бегом помчался к воротам. Вера очень быстро потеряла его во множестве узких тропок. Хотела набрать номер, глянула на свой телефон с полностью черным экраном и вздохнула. Добрых четверть часа она бродила между могилами и склепами, увитыми плющом и мхом, пытаясь уговорить себя поверить, что на фото был прадедушка Эмиля, а не он сам. Но его странная реакция и этот акт вандализма сбивали ее с толку. А если он вампир? Или жертва какого-нибудь эксперимента? Что, если он мертвец? Ведь Эмиль ужасно бледный, — у него совершенного нездоровая бледность! А волосы? Зачем ему их красить и выпрямлять… На его волосах столько лака, что любой поп-айдол позавидовал бы такой шевелюре. Он вообще когда-нибудь спит, ест? Вера в ужасе поняла, что никогда не видела, как он питается человеческой едой. Один кофе пьет. Интересно, вампирам можно кофе? Их не тошнит от кофеина? Вера где-то читала, что вампиры не любят кровь курильщиков и кофеманов… И почему могила Эмиля Герши, кто бы он ни был, находится рядом с могилой Жана Живодера? Она нашла его сидящим на скамейке у крематория. — Эмиль, вы в своем уме? — вскричала она, падая рядом. — Я только из больницы, а вы меня бегать заставляете. Я заблудилась, здесь страшно, это ведь кладбище. А я боюсь привидений… Тот сидел — краше в гроб кладут. Смотрел перед собой, еще чуть-чуть — заплачет. Она тронула его руку… И тотчас отдернула пальцы. Его кожа была ледянющей. Вера никогда не могла понять, как это — волосы шевелятся на голове. А сейчас поняла. Она сидела посреди кладбища, вокруг ни души, за их спинами крематорий. Рядом — человек, могилу которого только что раскурочили вандалы… Нет! Ну что за бред! Ты же психолог, Вера! Она преодолела смятение и взяла его руку. Жуть, какая холодная! Ему надо лучше питаться. Съесть прямо сейчас что-нибудь горячее. |