Книга Дом на Баумановской, страница 163 – Юлия Лист

— Все? – спросил Грених.

— Все! – выдохнул Фролов.

— Спасибо, что не стал рассказывать дальнейшее распределение карточек и по методу Рошера тоже. Ты сам же и ответил на все вопросы своей длинной лекцией. Никто никогда не станет после специалиста по дактилоскопии заниматься повторным высчитыванием номера и серии, бесконечно складывая и раскладывая все эти цифры. И вовсе не для шифрования и не для безопасности были придуманы Гальтоном и Рошером эти сложные системы вычисления.

— А для чего? – изумился старший следователь.

— Чтобы отделить завитки от дуг и петель и вообще более или менее систематизировать отпечатки. Фролов, ты меня удивляешь. Тебе готовые сличения подносят, ты и не задумываешься, как это происходит, что ли?

— Задумываюсь… – запыхтел он. – Я это знал… Но думал, что и для безопасности все так сложно закручено.

— Э-эх, Леша-Леша, – Грених прошел к столу, сел на его место, придвинул к себе карточки.

— Номер на титульном листе карточки вы еще заменить не успели, я полагаю, – обратился он к дактилоскописту. – Да и, чтобы не выставляться, лучше оставить пока прежний и просто подменить листы с отпечатками, ведь никто не собирается при наличии подозреваемых сверять оттиски по номерам и сериям, когда можно сделать простое сличение. Верно я говорю?

Сербин немигающими глазами смотрел в ответ и молчал.

— Сейчас я заново все перечту, и мы посмотрим, совпадут ли мои вычисления с цифрами на карточках. Вот отпечаток пальца якобы Швецова… – Грених придвинул к себе его карточку, взял чистый лист, начертил длинную линию дроби и стал заполнять ее буквами и цифрами. В следующей дроби буквы исчезли, остались только цифры, появилась еще одна дробь, потом еще. Грених сидел с прямой спиной, быстро-быстро водя по бумаге химическим карандашом, иногда он поглядывал на отпечатки пальцев сквозь лупу. Фролов встал позади и зорко следил за рукой профессора.

— Показать бы Коле эти формулы, – пробормотал Грених с усмешкой, – которые он зовет наскальными значками кроманьонцев. Эти наскальные значки, возможно, сейчас спасут ему жизнь. Вот и думай после этого, что математика не нужна музыкантам.

Первое вычисление принесло странный результат – получились номер и серия, которых не оказалось ни на одной из карточек. Но Грених вздохнул с облегчением – дактилоскопист действительно не успел заменить номера.

— Это потому, что отпечаток принадлежит покойнику из морга ИСПЭ, – пояснил Константин Федорович и притянул другую папку. – Сейчас посчитаем серию и номер карточки Сацука.

Получилась цифра, которая красовалась на карточке Швецова.

— Что и требовалось доказать, – дернул уголком рта Грених, поднимая глаза от вычислений и взглядывая на Сербина хищными глазами ягуара, готового ринуться на добычу. – Вы взяли отпечатки со Швецова и даже посчитали его номер и серию, потому что в тот день Фролов стоял над душой, а при нем вы не могли проводить махинаций. Тем более вы еще не знали, что Швецов передаст вам другие оттиски. Это произошло позже. Он принес вам отпечатки покойника, и вы просто вложили их в папку с его именем. А в папку Сацука перенесли отпечатки Швецова, чтобы они совпали с отпечатком, найденным на месте убийства Бейлинсона, и с тем, который нашли на предсмертной записке с помощью кристаллического йода.