Онлайн книга «Весна с детективом»
|
— Обижаешь, – посетовала я. – Не стала бы я опускаться до Хиля! Просто спешу проинформировать тебя. Я внимательно изучила сообщения, которые отправлял Дарье Покрышкиной ее муж… — Где взяла? — Попросила Дашу прислать мне скрины, не перебивай! Так вот, я изучила эти эсэмэски и пришла к интересному выводу. Конечно, я не эксперт, но все же дипломированный филолог, кое-какой лингвистический анализ провести могу, и знаешь что? — Да говори уже! – Подруга окончательно проснулась. — Там не одна рука автора! — То есть? Автор не однорукий? Так мы и без этого твоего анализа знали, что Митина ущербность психическая, а не физическая! — Ты не поняла! Я уверена, что сообщения писали два разных человека! Угрозы – один, а просьбу про удочки – другой! — И почему ты так решила? — Там совершенно разный эмоциональный тон, но это не главное. Угрозы, в отличие от послания про удочки, небезупречны по части грамотности. Тексты короткие, но в некоторых есть грубые ошибки: то «сдохнИшь», то «мерСкая», а главное – автор постоянно ставит восклицательный знак перед вопросительным, это, кстати, часто бывает, почему-то людям трудно запомнить подсказку: толстый и тонкий, – я сбилась на ликбез. — А Тургенев тут при чем?! — Чехов, а не Тургенев! Это у Антона Павловича есть рассказ с таким названием. «Толстый и тонкий», помнишь? — Ну? Применяй это к знакам. Вопросительный – толстый, он ставится первым, восклицательный – тонкий, идет вторым. Понятно? — Всё! Даже то, почему в телефоне Покрышкина нет эсэмэсок с угрозами: настоящий преступник их отправил – и сразу же стер, чтобы Митя о них не узнал! – радостно выдала Ирка. — Вот и я так подумала. Если у настоящего преступника была возможность сначала отправить с телефона Покрышкина сообщение, а потом его стереть, да еще повторить этот цикл неоднократно в течение нескольких дней, то что это значит, как ты думаешь? — Этот гад ошивался рядом с Митей! — И при этом Покрышкин был не слишком внимателен, во всяком случае, телефончик свой не контролировал и за действиями гада не следил, – добавила я. – Соображаешь, какая картинка вырисовывается? — Соображаю, что это они соображали на двоих! – Ирка выдала незатейливый каламбур. – Попросту говоря, пили до упаду Покрышкина. Значит, нам нужно найти постоянного собутыльника ревнивого мужа. Где он обитал после ухода из дома, на какой-такой дачке его взяли коллеги Лазарчука? — Сейчас узнаю адрес у Дарьи, – пообещала я. — Узнай. И собирайся, я заеду за тобой минут через сорок. Откладывать дела в долгий ящик моей подруге не свойственно. Ирка примчалась даже раньше – успела за полчаса. Она вручила мне очередной осетинский пирог: — Сегодня с капустой. – И тут же отняла теплую коробку, чтобы самолично отнести ее на кухню. На обратном пути подцепила меня под руку и утащила за дверь, которую я не успела закрыть. – Ну, что ты телишься, давай скорее! У меня на детективные дела всего час-другой, надо поторапливаться. Поторапливались мы так, что летели, не обращая внимания на камеры, и на загородной дороге наверняка собрали пару штрафов за превышение скорости. Зато в нужный нам дачный кооператив «Весна» примчались уже в начале девятого и как раз застали массовый исход местных жителей на утреннюю электричку. — Лучше бы, наоборот, вечером приехать, сейчас и побеседовать не с кем, народ на работу торопится, – посетовала я. |