Книга Весна с детективом, страница 101 – Татьяна Устинова, Марина Крамер, Анна и Сергей Литвиновы, и др.

— Ага! Конечно! Она тебе за это еще и чаевых дала! – возмутилась одна из женщин, по виду самая старшая.

— Это ее право, – спокойно отреагировала девица.

— Тебе вообще-то платят за то, что ты убираешься. А не наоборот, – снова вступил мужчина у камина. – Она тебя футболила из коттеджа, а у тебя даже ни разу мысли не возникло: почему?

— Номер коттеджа? – Пирогов вставил вопрос в их переговоры, которые снова грозили перерасти в скандал.

Шумок уже нарастал.

— Восемнадцатый, – ответила за девушку старшая из женщин.

— Ага!

Он подошел к голоногой девушке и сел в соседнее кресло, снова почти соприкасаясь с ней коленями.

— Вас не пускают в коттедж под номером восемнадцать? – сощурился он глаза. – Я правильно понял?

— Почему сразу – не пускают? Я туда захожу. Мы пьем с клиенткой чай, кофе, болтаем. Потом ей звонит ее хахаль, и я ухожу. Минуты три-пять я там. Вместо положенного часа.

— Она просит вас не убирать? Я правильно понял?

— Ага. И даже приплачивает за это. Говорит, что сама справляется. Ей не сложно. А мне что!

— Существуют правила! – взвизгнула одна из девушек, прислонившаяся к перилам лестницы. – А ты их нарушила!

— Клиент просит. Клиент платит. Клиент прав, – как мантру произнесла девушка из кресла.

— А почему ей так было важно, чтобы вы там не появлялись? – легонько толкнул ее в плечо Пирогов.

— У нее свидание там было с парнем из другого коттеджа, как я поняла. И он прилетел не один, а со своей девушкой. Изменял ей с этой – из восемнадцатого.

— Так пришли бы потом, – наморщил лоб Пирогов, не понимая проблемы. – После того как их свидание состоялось.

— Не могу! У нас жесткое расписание. В каждом коттедже свое время уборки. Таковы правила здешнего курорта, – с легким раздражением ответила она. – Я честно просила ее сдвинуть время. А она: откуда я знаю, когда он ко мне вырвется, и бла-бла-бла… И что мне: приступом ее коттедж брать? Не хочет, чтобы у нее уборку делали, ну и пофиг! Я так смотрела, конечно. Все вроде чисто, цело.

— Как давно? – перебил ее Пирогов и тяжело задышал. – Как давно вы не убираете в ее коттедже?

— Две с лишним недели она там не убиралась, шалава! – закричала уже в полный голос старшая из женщин.

И снова в холле поднялся такой гвалт, что у Пирогова в голове застучало.

— Тиха-а! Стрелять буду! – заорал он не своим голосом и, подлетев к столу, с силой ударил по нему крепким кулаком.

Треск получился внушительный. Орущий люд сразу притих. Майор резко обернулся на девушку, сидевшую теперь прямо, прилично.

— Ты две с лишним недели не была в коттедже номер восемнадцать? – сузил Пирогов глаза до щелок. – Я правильно понял?

— Так точно, – чуть развязно ответила она. – Вернее, я туда заходила, но не дальше кухонного стола. А когда клиентка уезжала куда-то, вовсе там не появлялась.

— Твою мать! – выругался он едва слышно и обвел сердитым взглядом всех присутствующих. – Кто из вас сегодня чистил тротуары от снега?

От камина на середину холла вышел тот самый мужчина, что вел с ним беседу.

— И сегодня, и вчера, и позавчера. Обязанность это моя – дороги чистить, – пояснил он с осторожной улыбкой.

— Кого-то видели в первой половине дня? Кто проходил по тротуару в районе коттеджа номер пять?

Его занимала Аня Ульянова со своим парнем.

— Жилец этого коттеджа и проходил. Шел от восемнадцатого к своему. Нет, сначала его девушка – высокая такая, красивая – прошла в кофейню. Потом он шмыгнул в восемнадцатый, но вернулся почти сразу. Что дальше было – не видел. На другой участок ушел – там тоже тротуары замело.