Книга Ночные гости, страница 75 – Альбина Нурисламова

— Спасибо. Все это очень интересно, – сухо произнес он, – однако я не останусь. – Савелий посмотрел на охранника. – Примите ключи, дайте журнал, я распишусь. И дверь отоприте, будьте любезны. Иначе я докладную на вас напишу, что выпиваете на рабочем месте и пренебрегаете служебными обязанностями.

Развернулся и вышел. В ответ – ни слова, гробовая тишина за спиной.

Подошел к стойке охраны, швырнул ключи. Журнал лежал тут же, рядом, Савелий взял авторучку, написал время ухода, поставил подпись. Уже половина девятого, проторчал с этими шутниками, столько времени потерял.

— Доктор, не надо, – тихо сказал подошедший охранник. – Зря вы это.

— Пить надо меньше, – бросил Савелий. – Дверь откройте.

Мужчина, кряхтя, вздыхая и качая головой, сунул ключ в скважину, повернул. Путь был свободен.

— Грех на душу беру, – сказал охранник, – не ходите! Если пойдете, кричите или нет, а никто помочь не выйдет. Оставайтесь!

Савелий уже отворил дверь. Тоска, прозвучавшая в голосе мужчины, едва не заставила его передумать, но он сказал себе, мол, я взрослый, образованный человек. Даже если это не розыгрыш, а бабушкины сказки, суеверия, все равно не стоит поддаваться всеобщему психозу. Наоборот, нужно доказать, что это полная чепуха.

— Все будет хорошо, поверьте, – уже мягче сказал Савелий охраннику. – Легкого вам дежурства и простите, если был резок. Увидимся утром.

Савелий шагнул в ночь, дверь за ним немедленно захлопнулась, но напоследок охранник сказал:

— Нет. Не увидимся.

Савелий снова рассердился, но постарался подавить злость. Суеверия сильно влияют на впечатлительных людей. Стоянка для служебных автомобилей была справа, неподалеку. Крыльцо и территория рядом с больницей, включая и стоянку, освещалась уличными фонарями, свет лился и из окон санатория, поэтому Савелию не было страшно, постепенно он стал успокаиваться, к тому же ничего не происходило.

Он преспокойно добрался до стоянки, открыл дверцу машины. Осмотрел задние сиденья (именно там прячутся злоумышленники и монстры в аналогичных случаях). Никого не было, и Савелий уселся, захлопнул дверь, завел двигатель.

Выруливая со стоянки, подъезжая к открытым воротам, которые, видимо, на ночь не запирались, он думал: «Хорош бы я был, если бы послушал эти бредни».

Мысль оборвалась. За воротами, по дороге, что вела к шоссе, бодро шагал невысокий человек, мужчина в длинном пальто, с портфелем в руке. Кто-то из врачей, судя по всему. Услышав шум приближающегося автомобиля, он обернулся, щурясь в свете фар, и замахал руками, прося Савелия остановиться.

Тот затормозил, опустил стекло.

— Вы уж меня извините, – виновато проговорил мужчина, – я Колосков, Дмитрий Петрович. Мы с вами коллеги.

Надо сказать, Савелий еще не успел перезнакомиться и начать общаться не только в целом со всем персоналом санатория, но и с коллегами-врачами: коллектив большой, многим он лишь кивал при встрече, здоровался. У этого мужчины было знакомое лицо, Савелий его определенно видел: короткие темные волосы, нос крупный, чуть вздернутый, глаза широко расставлены.

Савелий улыбнулся и назвался в ответ.

— У меня машина в сервисе, вот, пешком пришлось, – вздохнул Колосков, – пошел, а время не рассчитал. На автобус опоздал уже.

— Садитесь, подвезу, – сказал Савелий. – Вы в каком районе живете?