Книга Ночные гости, страница 70 – Альбина Нурисламова

«Идиот, – почти спокойно подумал Женя. – Может, раньше, в первые дни, достаточно было избавиться от кресла, чтобы все прекратилось, но теперь явно стало слишком поздно. Оно больше не привязано к вещи, в которой прежде обитало. Правильно мне показалось, кресло напоминало скорлупу, и нечто жуткое вылупилось из символического яйца».

Мысли эти стремительно промчались в его сознании. Иного выхода не было (если, конечно, Женя планировал выжить). Не входя, он сделал шаг назад, потом аккуратно прикрыл дверь, повернулся и пошел к лестнице, стараясь убедить себя, что зло заперто в стенах квартиры и не сможет вырваться наружу.

Он лишился всех вещей, самой дорогой из которых был ноутбук, но это не имело значения. Да, он подвел хозяйку, наворотил дел. Но, возможно, они с Левой придумают, как быть, что делать. Чего Женя делать точно не будет, так это возвращаться в квартиру.

Вновь шагнув из подъезда в прохладу летней ночи, парень увидел метнувшуюся к нему черную тень.

— Сократ! – воскликнул он. – Мальчик, Сократ, нашелся! Хоть одна хорошая новость.

Женя нагнулся, взял немедленно замурчавшего, изрядно похудевшего кота на руки и пошел по темной улице.

Новое место работы Савелию нравилось, хотя некоторые коллеги отговаривали его от перехода туда. После окончания вуза Савелий несколько лет трудился фтизиатром в городском противотуберкулёзном диспансере. Нагрузка огромная, народ нервный, здание ветхое, того и гляди развалится. Казалось бы, последний фактор никого значения не имеет: не жить же тут, на несколько часов в день пришел и ушел.

Однако Савелий был иного мнения. На работе мы проводим огромную часть жизни, справедливо полагал он, и проводить эту часть, глядя на обшарпанные стены, сидя на разваливающемся стуле за шатким столом в кабинете размером с собачью будку – это издевательство над собой.

Новый кабинет был светлый и просторный, вид из окна – потрясающий, а сама работа – не в пример более спокойная, к тому же зарплата выше и должность перспективная: за несколько лет можно дорасти до заведующего отделением.

Так в чем же подвох? Почему, как только Савелий заявил о своем желании сменить место работы, его пытались остановить? Минус заключался в удаленности. Трудиться предстояло не в больнице, а в санатории для туберкулезных больных, и расположен он был в сосновом лесу.

Добираться необходимо почти час на машине, а если без машины – на автобусе, который ходил редко, к тому же до остановки следовало плюхать минут двадцать пешком. Как можно догадаться, по безлюдной дороге. Были еще и некие слухи касательно санатория, но от них можно отмахнуться.

Оторванность от цивилизации вкупе с мрачными тайнами отпугивала многих, поэтому желающие занять вакантное место в очередь не выстраивались. Савелий же увидел в этом свой шанс и согласился немедленно.

И не пожалел. С июля работал в санатории и благодарил бога, что не стал слушать пустые сплетни и предостережения. Санаторий, как уже говорилось, стоял посреди леса, территория была окружена забором. Широкие аллеи для прогулок, скульптуры, скамейки, беседки, цветники – красота!

Само здание – затейливое, с башенками, витражными окнами, галереями и причудливыми лестницами – было старинное, кажется, восемнадцатого века, а то и раньше, просторное, в три этажа. Это вам не безликая современная постройка! Бывшая барская усадьба, к которой в более поздние времена пристроили два больших крыла, несколько исказив первоначальный облик, но все же не изуродовав. В общем, эстеты бы, может, поморщились, но Савелию здесь было по душе.