Книга Ночные гости, страница 27 – Альбина Нурисламова

Теперь, когда Марта добилась своего, наверное, не станет больше приходить. Покинет свою подругу во второй раз, теперь навсегда.

Простила ли она? Простила ли?

Входная дверь открылась и закрылась за Светой.

Яна вытащила из пачки еще одну сигарету, думая о том, что прошлое все-таки сумело ее догнать. И ничего теперь с этим не поделать.

Стояла жара. Зной стекал с небес, как густая карамель, окутывал тело, не давая дышать полной грудью. Люди то и дело с надеждой поднимали головы, смотрели на небо, выискивая тучу, которая принесет долгожданный дождь, но синоптики были неумолимы: похолодание обещали не ранее середины июля. Еще недели две придется плавиться.

Олеся, Максим и их десятилетний сын Павлик жили на даче. Вернее, Олеся и Павлик с начала лета жили тут постоянно, а Максим приезжал после работы, благо что дача находилась недалеко от города.

На природе все-таки полегче, не так жарко, да и озеро недалеко. Правда, вода прогрелась настолько, что купание не освежало: словно в теплое молоко окунаешься.

Чуть легче становилось лишь вечерами, когда начинало темнеть, поэтому с наступлением сумерек семья не ложилась спать: подолгу сидели в саду, плескались в бассейне, разговаривали. Никогда, кажется, так много времени не проводили за разговорами, этому способствовало плохое качество связи: даже если и захочешь, не сможешь часами напролет зависать в Интернете.

В тот вечер все втроем сидели на открытой веранде, играли в настольную игру. Было тихо и по-особому уютно, как бывает только на даче: все кругом ощутимо временное, исключительно летнее, и в этом непостоянстве таится особое волшебство.

На свет лампы слетались серые ночные бабочки. Комаров, к счастью, отпугивало эффективное средство, которое сегодня привез Максим.

— А давайте страшилки рассказывать, – предложил Павлик, когда игра стала понемногу надоедать. – Я знаю про Черную руку, как она пролезла ночью в окно и утащила мальчика. Ему говорили не смотреть ночью в окошко, а он не послушался.

Кто не любит страшные истории? Они вызывают сладкий ужас и стойкое чувство радости, ведь с тобой-то этого точно не случится. Олеся улыбнулась и хотела рассказать про Красное пятно, но посмотрела на мужа и увидела, что он нахмурился.

— Может, чайку попьем? – сказал Максим, и голос его звучал напряженно.

Олеся сообразила, что тема страшилок мужу неприятна, хотя и не поняла, в чем причина. А Павлик с бесхитростной детской жестокостью заметил:

— Пап, ну ты чего, какой чай? Я хочу страшные истории! Ты что, не знаешь ни одной? Или боишься?

Отмахиваться от желаний и вопросов ребенка у них было не принято, нельзя сказать: отстань, нет, значит, нет; я взрослый, лучше знаю. А поскольку Павлик – весьма упрямый и настойчивый мальчик, родители понимали: без объяснений не обойтись. Поэтому Максим подумал пару мгновений, взвешивая за и против, и ответил:

— Страшилок я не люблю. Не рассказываю никогда, не читаю книги Стивена Кинга и других мастеров ужасов, фильмы не смотрю.

— Я заметила, – вставила жена, – думала, кстати, почему? Потому что ты слишком прагматичный человек?

Максим слабо улыбнулся.

— Если бы. Я не люблю этот жанр не потому, что не верю в такие вещи, а по прямо противоположной причине. Я точно знаю: жуткие мистические события порой происходят.