Книга Неупокоенные, страница 83 – Альбина Нурисламова

Спал Валера плохо. Точнее, вообще не спал. Два раза ходил в душ, мылся настолько горячей водой, что кожа огнем горела. Убрал осколки с пола, но при этом умудрился сильно порезать ладонь. Когда замывал ковер, чистящее средство попало на рану, та стала болеть. Но все равно Валера был рад, хоть пивом не несло. Он ведь вообще-то не любил алкоголь.

На работе коллеги списали его понурый и затравленный вид на переживания о смерти матери.

— Хотела бы я, чтобы мои дети меня так самозабвенно любили, – услышал Валера в коридоре.

«Тупая дура, – подумал он. – Ты понятия ни о чем не имеешь!»

В кабинете, как всегда, царили порядок и чистота, тут Валера протестные настроения не реализовывал.

— Может, возьмешь пару дней, отдохнешь? – заглянул в комнату заместитель директора.

Валера выдавил благодарную, чуть скорбную улыбку и отказался. При мысли о том, чтобы сидеть безвылазно в квартире, скрутило живот. Нет, все же надо ее продать, как сорок дней пройдет. Или раньше.

Весь день Валера уговаривал себя соблюдать спокойствие, вести себя невозмутимо. Что произошло-то? Вспомнился детский ужастик, всего лишь еще один неприятный эпизод, привнесенный в жизнь матерью. По чистому совпадению в этот момент шла передача, показали отрывок из мультика. Мультфильм – ничего больше! Детище сценариста, режиссера, художников и прочих специалистов. Звезды советского кино Смоктуновский, Чурикова и другие озвучивали роли и наверняка не боялись того, что творилось на экране.

Грязнули не существует и никогда не существовало. Это порождение больного воображения матушки плюс собственные детские фантазии Валеры.

Придя домой, он продолжал талдычить это всякий раз, когда в голову приходила мысль о Грязнуле. А поскольку выкорчевать из сознания это существо никак не удавалось, весь вечер Валера спорил сам с собой, ругался, убеждал прекратить чудить.

Около одиннадцати принял снотворное (не спать две ночи – это перебор), разложил диван, постелил постель и подошел к окну задернуть занавески, как всегда делал.

Грязнуля был там. Стоял возле подъезда, под фонарем, на маленьком пятачке света. Скрюченная фигура, уродливый горб, крупная голова, ухмыляющийся огромный рот. Грязнуля довольно потирал маленькие ладошки, предвкушая добычу.

Валера с мышиным писком отпрянул от окна. Перед глазами все плыло. Когда через некоторое время он решился выглянуть еще раз, никого на улице не было. Показалось? Возможно, человек и был, но именно человек, никакой не Грязнуля.

«Разве я мог перепутать? Всего лишь второй этаж, видно хорошо».

Но у страха глаза велики. Он сам себя накрутил!

Лекарство подействовало, Валера заснул. Однако среди ночи мочевой пузырь поднял его с кровати. Часы показывали три тринадцать. Мать родилась тринадцатого марта. Март – третий месяц. Почему это пришло в голову?

Возвращаясь из ванной, Валера погасил свет в коридоре и в наступившей тьме увидел тень. Черная, как помыслы грешника, она промелькнула вдоль стены. Скользнула и скрылась.

Валера шарахнулся обратно. Зажег свет в прихожей. Грудь сдавило, в глазах закипали слезы ужаса и отчаяния. Грязнуля. Это он!

Остаток ночи Валера просидел на кухне. А утром позвонил на работу и сказался больным. Ему посочувствовали, велели не беспокоиться, поправлять здоровье.