Книга Неупокоенные, страница 63 – Альбина Нурисламова

Вдобавок в последний день до Валентины дошло, что она ничего не купила на память о поездке, даже магнитов на холодильник не привезет! Все время экономила деньги, берегла, боялась купить чушь. Теперь понятно: надо было что-то приобретать в каждом городе, любую безделушку, чтобы потом, зимними и осенними вечерами перебирать это добро и вспоминать путешествие. Плохое же все равно забудется, память так устроена.

Скорее от расстройства, чем от желания наверстать упущенное, Валентина зашла в первую попавшуюся лавочку и купила заколку. Лавчонка была странноватая: кривенькая пестрая вывеска, мутные стекла, тяжелая дверь, которую трудно открыть. Приткнулась на углу площади, сбоку, люди туда не заходили. Говорливые толпы обтекали ее стороной, и Валентина зашла именно поэтому: чтобы никто не мешал.

Пока группа внимала экскурсоводу, она отбилась от стаи, тихонечко отворила резную деревянную дверь. Внутри было сумрачно, пахло пылью, старыми книгами, как в библиотеке, нафталином и чем-то сладким, вроде ванили.

Подошла продавщица – маленькая, сухая и, как показалось Валентине, очень европейская старушка: улыбчивая, с аккуратной прической, затянутая в брючный костюм, в стильных очках. Она бодро заговорила с Валентиной на одном из славянских языков. Эти языки – обманка: есть знакомые слова, в общем строе речи слышится что-то привычное уху, но ничего не понятно.

Валентина растерянно улыбнулась, а хозяйка лавки внимательно посмотрела на нее, потом будто что-то вспомнила, вскинула палец кверху, засеменила к одному из шкафов, достала коробочку и протянула Валентине.

Внутри оказалась заколка, и девушка, очарованная тонкой, изящной работой, переливом металла (кажется, серебра) и блеском синего, похожего на круглый глаз камня, купила заколку без разговоров.

Удивительно, но Валентина совсем не запомнила, как передавала хозяйке магазина деньги, убирала заколку в сумку и шла обратно к своим попутчикам. Словно заснула на какое-то время и проснулась, когда все грузились в автобус, чтобы отправиться дальше. Усевшись на свое место, сразу же заснула.

Наконец они прибыли в родной город. Валентина устала в дороге, но, едва переступив порог квартиры, сразу захотела обратно – в автобус, в путь. Как могла она не ценить возможность путешествовать, почему сердилась, печалилась, была недовольна? Это ведь было настоящее приключение, а у нее не получилось насладиться им.

Впрочем, чего ж тут удивительного? У Валентины ничего не получалось!

Настало время рассказать о ее жизненном положении.

Когда была подростком, казалось, дело в имени. Она его не любила, хотя красивое вроде имя, да? Звучное. Но Валентиной ее не звали, кликали Валей, и это казалось деревенским. Тогда она придумала зваться Тиной, и кто-то из остряков немедленно выстроил логическую цепочку: Тина – болото – лягушка, у Валентины появилось прозвище Жабка. Прилипло на оставшиеся школьные годы. Будь она красавицей или хоть миловидной, не пристало бы, но…

Вот она, истинная причина несчастий. Валентина была некрасива. Вопиюще, беспросветно. Глаза большие, но навыкате, выпученные (лягушачьи). Рот широкий (жабий). Кожа не зеленая, конечно, но неровная, вечно воспаленная, угреватая, с прыщами и следами от прыщей. Еще и волосы тонкие, слабые, ни в одну прическу нормально не укладываются. Ирония: волосы тонкие, а тело, наоборот, толстое, неуклюжее.