Книга Волчий остров, страница 93 – Альбина Нурисламова

— Кто это? – хрипло спросила я.

— Сейчас узнаем! – воскликнул Александр.

Не успела я его остановить, как он вышел из комнаты, направился к лестнице. Я все еще смотрела в окно, не могла отвести взгляда: ночные ходоки заворожили меня. Небо озарила новая вспышка, и за спинами идущих я увидела провал, черную яму. Никаких сомнений: эти люди выбрались из-под земли.

«Мертвецы! Восстали из безымянной могилы, которую мы осквернили, и теперь идут к нам!»

— Александр! – вне себя завопила я и бросилась за мужем.

Я услышала, как хлопнула дверь: он был уже во дворе. Выбежав из дома под усиливающийся дождь, я увидела, что Александр идет к саду, за которым – поле и эти существа.

— Не ходи туда! Стой, они мертвые! – кричала я, но мои слова заглушали громовые раскаты и шум дождя.

Бежала я быстро, но мне нипочем было бы не догнать мужа, не остановись он на краю поля. А остановился он потому, что в свете очередной вспышки увидел наконец, кто идет к дому. Я приблизилась к Александру, и мы оба смотрели на тех, кто навестил нас ночью.

В темноте их можно было принять за обычных людей, но при свете молнии становилось видно, что они давно мертвы. Бледные лица со следами разложения, изъеденные гниением губы, провалившиеся носы, мутные глаза. На женщинах и мужчинах болтались ветхие лохмотья: остатки длинных платьев (скорее, саванов) и черных костюмов, вымазанных в грязи. Волосы, похожие на паклю, костлявые руки, вывернутые шеи – какая сила подняла их из земли?

Мы стояли, а мертвецы приближались неумолимо, как прилив, как гроза, что шла из-за гор. Сверкнуло, громыхнуло – и дождь хлынул во всю мощь.

— Бежим! – крикнула я и взяла мужа за руку.

Он высвободился, вскинул ружье и выстрелил. В одного мертвеца, в другого, в третьего… Это не возымело действия. Александр попада́л, в свете молний я видела дыры в черепе и груди, но восставшие покойники продолжали двигаться к нам.

Александр стрелял, пока не раздался сухой щелчок. Патронов больше не было. Кошмарные твари находились в двух шагах. Я умоляла мужа одуматься, бежать прочь, пока не стало слишком поздно, но на него нашло затмение.

Я, музыкант, человек с живым воображением, поверила во все легко и сразу, безоговорочно, а Александр, математик, экономист, сопротивлялся очевидному до последнего, не желая сдавать позиций, признавать нарушение всех известных жизненных законов.

Лишь когда идущая впереди остальных тварь схватила его за руку, он закричал, ударил ее прикладом, вырвал руку, а потом бросил бесполезное ружье, и мы побежали.

Мертвецы шли медленно, так что догнать нас не могли.

— В доме опасно! – крикнул муж.

Он был прав: стеклянные раздвижные двери в гостиную, множество окон, входная дверь совсем не такая прочная, как я привыкла в своей стране.

Александр потащил меня за собой в сарай, я знала, что он задумал. В сарае есть вход в погреб, где хранились соленья и маринады. Толстенные стены, крышка, которую просто так не открыть. Мы спрячемся внутри, запремся и подождем до утра. Эти твари исчезают с восходом солнца.

Так мы и сделали. Опередив наших преследователей, забрались погреб, Александр захлопнул крышку, закрепил, как мог, чтобы ее нельзя было открыть снаружи.

Не знаю, как мы пережили ту ночь. Сидели, прижавшись друг к другу, прислушиваясь к шагам и звукам снаружи. Слышно было плохо: гроза, толстые стены, да и сидели мы на приличной глубине.