Книга Девятый день, страница 89 – Альбина Нурисламова

Только Александр по-прежнему держался. Держался лучше их всех.

— Есть способ вырваться отсюда, – объявил Адам на излете ночи, и Нина подумала, что не верит в счастливый исход.

— У нас есть лодка, – сказал Адам. – По правилам безопасности имеются жилеты. Брать на борт лодку было необязательно, но мы с братом решили, пусть будет. Я про нее напрочь забыл. Она надувная, резиновая. Мы сможем уплыть.

— Куда? – спросила Нина. – Куда бежать?

— Не куда, а откуда, – заметил Александр. – Адам прав, мы должны попробовать вырваться. Можно податься в обратную сторону или на другой берег. – Он запнулся. – Лишь бы подальше отсюда.

Александр посмотрел туда, где у кромки воды стояли ожившие мертвецы. В темноте их не было видно, но они точно стояли – бездыханные, зловещие, алчные. Ждали, когда трое оставшихся в живых присоединятся к ним.

— Адам, ты говорил, водоросли и прочий мусор не дали бы «Дунайской деве» возможности плыть, даже если бы двигатель работал. А резиновая лодка…

— Чем проще конструкция, тем легче, – оборвал Нину Адам. – У нее нет винта, который запутался бы. Вместо мотора – мы сами. Наляжем на весла, выберемся. Когда еще светло было, я обратил внимание: вдалеке вода чистая. Нам придется постараться выгрести из этого месива, а дальше справимся.

В его голосе снова зазвучали командирские, твердые нотки, он вновь был их капитаном, и Нина приободрилась. Тем более и Александру идея пришлась по душе.

— Осталось два дня. Постараться выкарабкаться отсюда, к чистой воде – наш шанс! – сказал он. – Возможно, это и не так. Возможно, мы ошибаемся. Но что теряем, если попробуем?

— Хотя бы попить сможем, – произнесла Нина.

Об этом они старались не думать, не говорить. Преодолеть голод проще, жажда мучила несравнимо сильнее, и перспектива напиться воды была потрясающей, прекрасной.

Про сон и отдых было забыто. К тому моменту, когда взошло солнце, они уже вытащили резиновую лодку и качок, взялись за работу.

— Надувать придется вручную, – сказал Адам, и они с Александром по очереди накачивали ее.

Нина тоже хотела помочь, но Александр пресек ее просьбы.

— Ты еле ходишь. Сами справимся, – сказал он.

Сейчас Нина сидела у борта «Дунайской девы».

Солнце с любопытством следило за стараниями людей спастись. Восставшие из мертвых пассажиры прогулочного катера расселись вокруг кострища. В кружке была прореха – место, где следовало сидеть им, еще не потерявшим надежду и жизнь.

Нина изо всех сил старалась не замечать, не смотреть на пустоту, по обе стороны которой неподвижно восседали Тамара и Марк. Но взгляд против воли возвращался туда.

Они ожидали. Эти твари не пытались помешать беглецам, потому что…

…потому что точно знали: сбежать все равно невозможно, так чего суетиться, пытаться препятствовать, преграждать дорогу?

Нина прислушалась к себе: верит ли она в успех? Ей пришло на ум, что больше всего на свете она хочет спасения не для себя. Нина посмотрела на Александра.

Парадокс. Никогда в жизни она не чувствовала ничего подобного. Не было такого, чтобы другой человек – чужой, которого она знала совсем недолго! – стал настолько важен, и не просто важен. Для Нины имело первостепенное значение его благо, а не свое собственное.

Александр вошел в ее сердце, не спрашивая разрешения, без стука, а Нина и не заметила, как это случилось. Любовь ли это? Та, которую всюду безуспешно искала Елена? Которую сама Нина не рассчитывала обрести?