Книга Девятый день, страница 67 – Альбина Нурисламова

Поднявшись на вершину горы, они очутились на берегу. Перед ними предстали и дом, и «Дунайская дева», и кострище, и Эдвард с Софией, и лежащая на боку Елена.

— Мы поднимались, а не спускались! – сквозь следы произнесла Нина.

— Шли вверх, это точно, – подтвердил Александр.

— Но оказались внизу, – обреченно подвела итог Тамара.

Адам издал нечеловеческий рев, окончательно выходя из себя. Сжал кулаки, заметался. Александр надеялся, что он не вздумает выпустить пар, подравшись с кем-то. Капитан с силой пнул камень и, бормоча себе под нос, пересек поляну. Скрылся в лесу.

— Насколько я понимаю, хороших новостей нет, – сказала София.

Александру почудилась издевка. Хотя, скорее всего, он ошибся.

Тамара коротко рассказала о неудачной попытке подняться в гору. Нина, сжавшаяся, потерянная, подошла к Елене, проверить, как она. Уже снова смеркалось, и Нина, должно быть, думала, что лекарств осталось на один прием. Пускай Елена и проспит ночь, а что потом?

— Тупик, кругом тупик, – горестно сказала Тамара, собираясь присесть рядом с Ниной, но не успела.

— Идите сюда, скорее! – издалека прокричал Адам.

В голосе капитана отчетливо звучали страх и паника. Господи, что на этот раз?

Александр бросился в лес, где продолжал надрываться Адам. Тамара, Нина, София, Эдвард рванули за ним.

Врезавшись в зеленую стену кустов, Александр раздвинул их руками, спеша на голос Адама. Довольно быстро очутился он на маленькой полянке, увидел капитана. Тот стоял и смотрел вверх.

Александр проследил за взглядом Адама и обмер.

— Боже! – выдохнула за его спиной Нина и схватила его за руку. Даже в этой ситуации Александр понял, что ему приятно ее прикосновение.

На поляну вывалились остальные, теперь они смотрели туда же, куда и Адам. Тамара что-то шептала. Молилась?

На краю поляны росла огромная сосна. Ближе к земле ствол был гладкий, ветви начинались выше, и на толстой ветке, метрах в трех от земли, сидела, как поначалу показалось Александру, большая птица.

Уже в следующее мгновение стало ясно, что никакая не птица – человек. Скрючившись, сжавшись в комок, на ветке сидел Марк.

Александру вспомнилось, как он впервые увидел его и Софию. Она красавица, нарядная бабочка, а он – серьезный, рассудительный мужчина интеллигентного вида.

Теперь этот человек выглядел сумасшедшим, как Шляпник. Волосы дыбом, лицо перекошено, губы трясутся. Одежда в грязи, одна нога босая, ботинок валяется под деревом.

— Зачем вы туда полезли? – еле выговорила Нина. – Марк! Вы упадете!

— Ты не видишь? – проскрипел Адам. Сорвал голос, пока звал их.

Александр только после его слов заметил, и ему стало дурно. Вокруг шеи Марка была повязана пестрая лента. Шарфик Софии, припомнилось Александру. Второй конец шарфа безумец привязал у основания толстенной ветки, на которую забрался. Если Марк спрыгнет, шарф затянется на его шее. Под немалым весом шея неминуемо сломается; даже если поспешить, вытащить несчастного из петли, перерезать ткань, будет уже поздно.

«Виселица, публичная казнь», – мелькнуло в голове.

— Надо его остановить, – решительно произнесла Нина и двинулась вперед, но Марк закричал:

— Стой! Не подходи! Все стойте!

— Я пытался остановить, – по-прежнему сипло произнес Адам.

— Никто не должен двигаться с места!

Александр лихорадочно соображал, что предпринять. Уйти с поляны, обогнуть ее, зайти Марку за спину? Успеет ли Александр взобраться на сосну и отвязать импровизированную веревку (еще и таким образом, чтобы Марк ничего не заметил)? Очевидно, нет.