Книга Девятый день, страница 44 – Альбина Нурисламова

— Нужно причалить, я согласна, – проговорила Нина.

— Я не хочу провести еще одну ночь на реке, скорчившись на сиденье, – поддержала Елена. – Спать нужно лежа! А палуба маленькая, всем не улечься, места не хватит.

Мужчины переглянулись.

«Решение всегда за ними, – мелькнуло в голове у Тамары. – Мы, женщины, вроде вечного придатка; они полагают, что все знают лучше. Можно подумать, штуковина между ног делает их сообразительнее».

— Я тоже считаю, что нам следует сойти на берег, – сказал Александр.

Марк коротко кивнул. Его невеста, от которой он совсем недавно не отходил ни на шаг, выглядела безучастной ко всему, сидела в сторонке.

Окончательную точку в обсуждении должен был поставить Адам, капитан. И он сказал, что им нужно найти место, куда причалить.

Все стали всматриваться, обсуждать, перекрикивая друг друга.

Эдвард подошел к Тамаре.

— Вы без затруднений убедили их сделать, что вам нужно, – тихо сказал он. – Прямо настоящая ведьма, браво.

— Я ни в чем не…

— Хватит, что вы! – По его губам скользнула улыбка. – Я же хотел вам комплемент сделать. Умеете быть убедительной. Благодаря вам мы скоро сойдем на берег. Это замечательно.

Эдвард отошел от нее – загадочный, змееподобный, вымораживающий, и Тамара подумала, не зря ли она затеяла этот разговор. Может, причалив, они совершат ошибку?

Не обрекла ли она всех (и себя саму) на что-то страшное?

Но было уже поздно: «Дунайская дева» развернулась в сторону берега.

У нее было полнейшее ощущение нереальности. Все время хотелось проснуться и удивиться: приснится же такая совершеннейшая чушь!

Но проснуться не удавалось. София украдкой щипала себя на руку; было больно, на месте одного щипка синяк, наверное, появится, а значит, все происходит в реальности.

Как-то очень быстро все пошло не в ту степь, реальность стала рушиться, оплывать, на глазах превращаться невесть во что. Только что они плыли по дивной речке, слушали Адама, Марк смотрел телячьим взором, старался под любым предлогом прикоснуться к обожаемой невесте, ловил ее улыбку; люди кругом говорили на непонятном языке, но вполне понятно восхищались красотой Софии (она привычно читала это в восторженных взглядах мужчин и завистливых взглядах женщин).

Ничто, как говорится, не предвещало, а потом придурок Сэм вытащил со дна эту штуковину – и все стало меняться непостижимым образом.

Оказалось, никуда они не плывут; не пойми как угодили в неведомое месте, незнакомое даже капитану. И берега не те, какие должны быть, и время течет как попало, и приборы не работают, и сотовые бесполезны.

Но внешними изменениями дело не ограничилось. Подводил не только окружающий мир. София чувствовала: с ней тоже творится нечто не менее загадочное, чем с катером, маршрутом и локацией, и это ощущение выбивало почву из-под ног.

Она ухитрилась заснуть, скорчившись в неудобной позе (не приняв душ, не почистив зубы, кто бы мог подумать), а когда проснулась, остальные пассажиры обсуждали, в каком направлении плыть и стоит ли это делать, а может, лучше оставаться на месте?

Нервничали, руками размахивали, говорили громко, на повышенных тонах – южный темперамент. Постепенно разговор принимал все более странный оборот: и про вампиров заговорили, и про демонов, а Тамара так и вовсе заявила, что она ведьма (очуметь!)