Книга Девятый день, страница 24 – Альбина Нурисламова

— Фу! – скривилась девушка, и никто не понял, что ей настолько не понравилось.

Девушка сунула шкатулку обратно жениху, но тот не успел снова начать ее разглядывать, потому что Адам велел:

— Дайте-ка сюда.

Схватил, заглянул. Тамара подошла поближе, тоже сунулась, попробовала рассмотреть что-нибудь в черной утробе шкатулки. Бесполезно.

Правда, ей показалось, лица ее что-то мягко, невесомо коснулось. Может, насекомое сидело внутри и вылетело? Тамара отшатнулась и поймала ответный взгляд капитана, который свидетельствовал о том, что ей не почудилось.

— Вы тоже это почувствовали? – спросила она, в упор глядя на Адама.

Капитан не ответил, упрямо поджав губы. Твердолобый. Таким пока не напишешь крупными буквами и под нос не сунешь, ни во что не верят, от всего открещиваются.

— Что почувствовал? – ревниво спросил владелец шкатулки и выхватил ее у Адама.

Сэм тоже поскреб пальцами внутри коробки, при этом не жалуясь на обжигающий то ли холод, то ли жар. Все видели, что ничего там особенного нет, обычная металлическая емкость, и донышко отлично просматривается.

А на дне – камушек, вроде бусины.

«Была чернота или не было?» – гадала Тамара, попутно отметив, что и странного звука не слышно.

Сэм взял бусину – красную, круглобокую, похожую на ягоду рябины, повертел, хотел сунуть в карман, но в этот миг его брат выхватил камешек у Сэма и… отправил его в рот, проглотил!

Все загомонили, Сэм подскочил к Эдварду, заверещал, требуя отдать.

— Ты чего натворил, придурок! – Он чуть не плакал.

В этот момент Эдвард пошатнулся, затоптался на месте, прижав руки к горлу. Лицо его, и обычно-то не радовавшее яркостью красок, побледнело еще сильнее, глаза выпучились. Он открывал и закрывал рот, как выброшенная на берег рыба, а после повалился на палубу.

Началась суматоха. Все бросились к мальчику, бестолково суетясь и толкаясь. Тамара застыла, хотя была уверена, что умеет правильно и четко действовать в критической ситуации.

Ноги Эда дергались, тонкие пальцы царапали горло.

— Он задыхается!

— Сделайте что-нибудь!

— Кто-то может помочь?!

Но помощь не требовалась. Тело Эдварда выгнулось, будто он собирался встать на мостик, а после обмякло. Вздох ужаса пронесся над лодкой, всех посетила одна и та же мысль: все кончено, несчастный ребенок умер!

Однако мысли о гибели оказалась преждевременными, потому что уже через несколько секунд глаза мальчика вновь открылись. Щеки его порозовели, он сел и посмотрел на окружающих его взволнованных людей.

— Вы выглядите очень смешно, – проговорил он.

А после встал, невозмутимо отвернулся, отошел и устроился на сиденье.

Пассажиры «Дунайской девы» оторопели.

— Это что сейчас было? – спросила Елена.

— Припадок, видимо, – сказал капитан, чрезвычайно обрадованный тем, что все закончилось благополучно, никто не помер у него на борту.

— Случалось с ним подобное? У мальчика эпилепсия? Ты знаешь, что ему сейчас нужно? Лекарство, может быть? – спросила у Сэма Тамара.

— Ничего ему не надо, – огрызнулся он. – Не в то горло моя бусина попала!

Он был зол: единственное, что обнаружилось в найденной им шкатулке, потеряно безвозвратно. Гадает, небось, насколько драгоценной была бусина.

Подруга Елены, сочувственно глядя на Сэма, подошла к нему, желая утешить. Однако парнишка, огорченный и разозленный, отпрянул от нее. Повернулся неловко, шкатулка выпала из рук, с глухим стуком ударившись о палубу. Женщина, действуя совершенно автоматически, присела, подняла ее, подала Сэму.